Мраморный король

– Но моя душа просит музыки, – возразил клоун.

– Душа вам не заплатит. А вот публика заплатит.

Старый клоун посмотрел на мальчика долгим взглядом, как делал почти всегда, когда мальчик заводил разговор о деньгах или вещах, потом вздохнул и сказал:

– Опять ты о своем. Подумай о чем-нибудь высоком.

Мальчик подумал. Еще подумал и сказал:

– Скоро наступят холода. А у нас с вами дырявые ботинки. К тому же вам давно пора купить теплую куртку. Вы постоянно простужаетесь.

Старый клоун хотел что-то сказать, но вместо этого зашелся отрывистым, похожим на собачий лай, кашлем.

Тот попытался возразить, но мальчик был настойчив, и клоун в конце концов смирился. Немного придя в себя, он снова взялся за бутылку. На этот раз он сделал несколько больших глотков сразу.

Бутылка почти опустела, и тут клоун опять закашлялся, схватившись рукою за впалую грудь. Мальчик бросился к нему, но клоун остановил его жестом, показав, что все в порядке.

– Это все из-за соленого воздуха, – сказал он севшим, хриплым голосом.

– Вам надо показаться врачу, – повторил мальчик.

Клоун покачал седой головой:

– Ах, оставь. Мне не нужны врачи.

Мальчик протянул руку и потрогал клоуну лоб.

– У вас жар, – сказал он.

– Это мое нормальное состояние, – сказал старый клоун.

Он убрал руку мальчика от своей головы, взял бутылку и допил вино.

Глядя на его бледное, изможденное лицо, мальчик вдруг подумал, что клоун скоро умрет. И тогда мальчик снова останется один, как тогда, пять лет назад. На душе у мальчика стало так тоскливо, что он чуть не заплакал. Но в этот момент клоун отбросил бутылку подальше и бодро сказал:

– Пора укладываться спать. Я лягу здесь, а ты забирайся под лодку. Она защитит тебя от ветра.

– Но вам нельзя спать на ветру, – возразил мальчик.

– Ветер может и перемениться, – сказал старый клоун и улыбнулся, – а под лодкой для меня еще опаснее. Уверен, там гуляет чудовищный сквозняк.

Мальчик попробовал возражать, но клоун был непреклонен, и мальчик вынужден был забраться под лодку.

Под лодкой было чуть теплее, чем снаружи. Гул прибоя звучал приглушенно. За дощатым бортом забормотал и зашуршал песком, раскатывая резиновый коврик, клоун.