Сарматские хроники – 3. Новые горизонты

 – Если слухи не врут, и у Марка к этой… особе и впрямь интерес имеется, – мы это дело в свою сторону повернём!

И в ответ на вопросительный взгляд доместика добавил:

– Не приходило ли тебе в голову, любезный мой Антоний, ПОССОРИТЬ вожака волчьего и Марка Ласкариса? Крепко поссорить… А вот и повод нашёлся!!!

Лицо доместика просветлело – слабое звено крепло на глазах!

– А среди крестьян тамошних так и не удалось подкупить кого, чтобы приглядывали да нам докладывали?

– Нет, господин, не удалось! – вздохнул Антоний.

С этими словами он подошёл к резной двери, ведущей в смежный коридор, и, выглянув, кому-то призывно махнул рукой.

– Вот, господин! У этого человека свои счёты к волкам-воинам и к вожаку их имеются…

Роман Дук некоторое время придирчиво разглядывал представшего перед ним высокого мускулистого молодого человека, густые смоляные кудри, нос с заметной горбинкой и хищно-настороженный взгляд которого выдавали несомненные цыганские корни.

– Кто таков будешь? И как твоё имя? – спросил наконец он.

– Тоба?р, – парень развязно склонился в лёгком поклоне, будто делал консуляру большое одолжение. – Вожак волчий отца моего убил…

Глава 2

… – Что-то ты, брат, добычи приносишь всё меньше и меньше! – Никита хлопнул волка по плечу. – Али дичь в здешних лесах перевелась?

– Может, и перевелась! А может, просто удача хвостом повернулась! – невозмутимо пожал плечами Скилур.

– Чем же это ты так перед ней провинился? – хитро взглянул на него приятель. – Другие-то охотники, почитай, кажный день с полной сумой приходят! Али ты не на ту дичь охотишься?

– Не твоё дело – вот и не лезь! – вскипел сармат и повернулся, чтобы уйти.

– Да погоди ты… , – Никита примирительно удержал его за плечо. – Прости, коли за живое задел ненароком… Вижу я – сам не свой ходишь, того гляди – дров наломаешь…

– Уже наломал… , – опустил голову Скилур, и молодого русича немного напугали враз потухшие глаза волка.

– Ну, выкладывай! – насупил брови Никита. – Будем думать, как дрова обратно собрать…

…Их дружба повелась с самого прибытия из похода, зародившись ещё на борту драккара. Почти ровесники, они сошлись на удивление быстро. Скилур ещё какое-то время пытался «держать дистанцию», но вся его нарочитая холодность вдребезги разбилась о невероятную доброту и весёлый нрав русского парнишки.