Бей или Беги, ведьма! Дитя магии

Я стояла внутри контура пентаграммы, а прямо вплотную к ней, весело оскалившись, стоял… еще один Илья! Только выше, шире в плечах и какой-то… более совершенный. Сейчас и без того красивые черты казались совершенными, почти божественно прекрасными.

Как же хочется в обморок!

Взгляд существа стал задумчивым и слегка разочарованным. Оно наклонило голову, всматриваясь в меня. Потом его черты стали размываться, расползаться. Нет, не волшебной дымкой стираясь и формируя что-то новое, а как если бы огромные черви ползали у него под кожей! Меня просто вывернуло, и остатки моего ужина попали на нижнюю часть существа.

– Обычно договор скрепляют кровью, – прокашлявшись, сказало существо. Голос был приятным мужским, чуть с хрипотцой. Видимо, от шока.

– Твою мать, – только и смогла выдавить я, в красках представляя, как оно сейчас возьмет меня за шею, поднимет над полом и раздерет живот или проглотит целиком.

– Чур меня! – поспешно сказало существо, – только ее здесь не хватало!

– Мммм, – сдавленно добавила я, отплевываясь.

– Я бы подал платок, но не могу соприкасаться с тобой, пока ты в контуре, – он кивнул на рисунок на полу. Ура, я спасена! Ну, пока не захочу есть и в туалет.

– И насчет крови я бы на твоем месте поторопился, иначе клейменный на кару выйдет за пределы территории дома, и искать его будет сложнее.

– Тебе этого мало? – хрипло прошептала я и указала рукой на лужу, оставшуюся от Алины Захаровны.

– Хочешь привязать меня к трупу, ведьма? – существо вдруг стало больше.

– Не злись. И я не ведьма, – я в примирительном жесте выставила перед собой ладони. Существо снова превратилось в сгусток, совершенно утратив человеческие черты, только подобие лица вдруг резче проявилось возле моих рук, пристально разглядывая узор на руках.

– Закончи привязку! – прошелестело оно.

– Сколько? – по-деловому спросила я.

– Сколько чего? Я могу предложить тебе почти все! Золото, власть, успех, поклонение…

– Крови тебе сколько надо, манагер среднего звена?

– Первый раз налей в ту чашу, – недовольно приподняв брови, он указал на пиалу, стоявшую в круге.