Все мы только гости

– В иностранной фирме работаю.

– Это я знаю, мама твоя говорила. А… вообще?

– А вообще плохо, – покачалась на стуле Лина. Она уже забыла свою детскую привычку покачиваться на стуле. – Буду с мужем разводиться.

Странно, что ей так легко говорить о своей неудавшейся жизни с посторонними людьми. Впрочем, какие же они посторонние?

– Есть из-за чего?

– Есть. Только объяснять не хочется.

– Ну, не хочется – не объясняй. Помянем бабушку.

Выпили из старинных стеклянных рюмок и помолчали.

– Столько лет прошло, а никак не привыкну, что нет Полины, – совсем как недавно Антонина Ивановна, признался Николай Иванович.

– Нет, – покачала головой Лина.

– Было такое дело, – вздохнул он и задумался. – Хоть она мне и отказала два раза, а ближе нее у меня никого не было. Да ты сама знаешь. Кто бы мог подумать, что она уйдет так рано… Мы с ней как раз накануне обсуждали, как бандюганы город поделили.

– Наш город? – удивилась Лина.

– Наш, конечно.

– А разве у вас тоже мафиозные войны были? – удивилась Лина.

– Ну, войны – не войны, а половить рыбку в мутной воде многим хотелось.

– Надо же! Расскажите, Николай Иваныч, мне очень интересно.

– Вот и Полину это интересовало. Группировки были две: Леньки Ковша, то бишь Леонида Ковшова, и Сереги Овсянникова. Ковшовские – обычная шпана, ларечников обирали, ни на что больше не годились. А у Сережки ребята посерьезней были, бывшие армейские, те фермеров прикрывали.

– Слышала.

– Вот так. Хозяин завода и местная власть. Тогда какие-то трения между бандами происходили, но без крови, по-тихому. А потом труп Ковша в реке обнаружили, и Овсянников стал хозяином.

– Он убил? – ахнула Лина. – Ни за что не поверю. Этого не может быть. Сережа щенков бездомных на станцию кормить ходил каждый день, не мог он человека убить из-за того, что какие-то сферы влияния не поделили.

– Ну, что не мог, тут я с тобой не соглашусь, – усмехнулся старый милиционер. – Человек может много такого, что трудно предположить. Но он Ковша не убивал. Это точно. И никто из его компании тоже. Мы их алиби тщательно проверяли, все чисто. Они тогда караулили фермерские хозяйства.

– А кто же убил?

– Не знаю, Лина. Сам с тех пор голову ломаю. Ковша отравили, а утопили уже труп.