Архимаг

Луис еще раз подозрительно посмотрела на загадочного знакомого подруги и скрылась в спальне. Ванесса поспешила затолкать мага к себе. Луис явно о чем-то догадывалась, но только вряд ли о том, что происходило на самом деле.

Креол устало вздохнул и разложил на столе свою рукопись. Сегодня он писал каждую свободную минуту, и умудрился заполнить почти сорок листов. Если учесть большой формат страниц и мелкий почерк мага, это был настоящий подвиг.

– Если будешь работать, иди в гостиную, – сонно буркнула Вон.

– Я тоже не люблю, – поддакнул Хубаксис. – Хозяин, оставь нас с Вон наедине, а?

– Да пошел ты! Казанова одноглазая! – оскорбилась Ванесса. – И вообще – найди себе кого-нибудь по размерам!

– Мышь, что ли? – хрюкнул Креол. – А свет можешь гасить, дай только минуту, Ночное Зрение прочитать…

Маг закончил заклинание и сам выключил лампу усилием воли. Однако писать не прекратил даже на секунду.

– Только дотронься до меня – убью… – проворчала сквозь сон Ванесса, неожиданно охваченная приступом паранойи.

– Да он и не сможет! – мелко захихикал Хубаксис. – У него все, что ниже пояса, омертвело напрочь! Ой, прости, хозяин!

Креол смерил его тяжелым взглядом. В темноте было плохо видно, но Вон показалось, что он огрел джинна жезлом.

– Вот дойдут руки до исцеления, тогда посмотришь… – неопределенно пообещал Креол, отворачиваясь.

В следующую минуту Ванесса уже спала.

– Хозяин, я по-прежнему хочу есть, – тихонько захныкал Хубаксис, убедившись, что Ванесса удалилась в мир сновидений.

– Потерпишь, раб, – хмуро отрезал маг. – Вы, джинны, можете терпеть сколько угодно. Думаешь, я не знаю?

– Да, хозяин, но это не значит, что нам это нравится, – недовольно пробубнил Хубаксис.

Тем не менее, больше он голоса не подавал. Тишину нарушало лишь поскрипывание перышка.

Новый звук послышался только в два часа ночи. То проснулась и захотела пить Луис. Поскольку у нее не было привычки держать напитки в спальне, она с максимальной осторожностью прокралась к холодильнику.

Будучи молодым и очень воодушевленным полицейским, Ванесса реагировала на чьи-то шаги по ночам одинаково – вскакивала, выхватывала из-под подушки пистолет и орала: «Стой, стрелять буду!» Иногда она после этого стреляла. Обычно все-таки сдерживалась, но Луис все равно приучилась ходить очень тихо.

Она открыла дверцу и пораженно застыла.