Сильнее неземной любви

– Я вас провожу, – не принимая возражений, кивнула Ольга, подвинула его и спокойно полезла в микроавтобус.

Потом она узнала, что музыкой Коля только подрабатывал, а на самом деле он был каким-то инженером. Тогда это ее обрадовало, профессия инженера казалась более надежной. Дура была.

– Подмени меня, – попросила влетевшая в закуток Оксана. – Устала я.

– Отдыхай, – кивнула Ольга и, поднимаясь, предупредила: – Отдохни часок, а потом мне придется отъехать.

Нечего тянуть, делами надо заняться немедленно, сегодня же.

Ольга вышла к покупателям и заулыбалась.

Новиков изучал вчерашние Жаннины прикидки насчет распределения работ тщательно, не торопясь. Хотел внести поправки, не потому что жена где-то ошиблась, а просто так, чтобы помнила, кто здесь начальник, но не стал. В распределении работ ошибиться нельзя. Было несколько случаев, когда программисты здорово подвели Новикова, не справились со своей частью проекта, тормозили всех остальных, и в результате все пришлось переделывать.

Опять выходило, что наиболее важную, центральную часть программного обеспечения будут делать Изотов и Соколова, которых он терпеть не мог. Нельзя сказать, что он любил всех остальных, но те, по крайней мере, вели себя с ним как с начальником, а Соколова смотрела на него как на случайного прохожего на улице. Про Изотова и говорить нечего, Иван цену себе знал, и цена эта была справедливой, это Новиков признавал.

Можно было разослать задания по электронной почте, но Михаил собрал совещание у себя в кабинете.

Стихийное совещание закончилось, он посмотрел в Интернете новости – ничего интересного. Откинулся в кресле, закрыл глаза. Жанка утверждала, что от компа нужно отдыхать каждые полчаса.

В кабинет заглянула Вика, спросила, не сделать ли кофе.

Новиков открыл глаза, прищурившись, посмотрел на секретаршу. Вика робко двинулась к нему, остановилась рядом, уставилась сияющими глазами, повторила:

– Кофе сделать?

– Не надо. – У Жанны давно глаза не сияли. Или сияли, просто он этого не замечал?

– Мы увидимся? – жалобно спросила Вика, потупив глазки. Он молчал, и она прошептала: – Мне было так хорошо.