Пища Мастеров

Он подал мне кусок холста, я завернулась в него. Мы вошли в беседку. Он плеснул мне чистого коньяку в чарку, я выпила, он молча налил еще, я опять выпила, потом еще. Одна из девок принесла мне сухую белую рубаху и расшитый пояс, я оделась и подпоясалась. Затем мы с девками направились вглубь мира Валентина. Девки обращались со мной уважительно и перешептывались, поглядывая на меня украдкой. Мы прошли по деревенским улицам и меня завели в один из домов.

– Вот сюда проходите, в горницу, – сказала одна из девок.

 – Сейчас я вам постелю.

Я уснула, едва коснувшись головой подушки.

***

А когда проснулась, солнце было высоко и за окном отчаянно щебетали птицы. Я откинула льняные простыни, приподнялась и осмотрелась. Простая грубо сколоченная мебель из светлого дерева, на спинке кровати нарисованы два петушка, полосатая рогожка на полу, нехитрая утварь. На стуле висело мое платье и белье – все выстирано и высушено. Я встала и с удовольствием прошлась босиком по деревянному некрашеному полу, распахнула ставни – окно выходило в сад и – вдохнула забытый аромат зреющих яблок.

Похоже, перед тем, как выгнать из Демонета, меня отправили на дачу, чтобы оставить приятные воспоминания. Так, как насчет удобств? Может, тут и туалет на улице?

Мои опасения не оправдались. Ванная комната, оборудованная под старинную деревянную баню, была удобной с современных оборудованием: пол подогревался, а в кабинке для душа струи воды били со всех сторон. На столике я нашла новую зубную щетку, мыло, шампунь, пушистое полотенце и прочие предметы туалета.

Умытая и аккуратно причесанная, я вышла из ванной, прошла по коридору и попала на кухню. Дизайн кухни тоже был выдержан в деревенском стиле: деревянные столы и лавки, ложки на стенах, расшитые полотенца, расписные кувшины. Но оснащение – я сразу оценила – было ультрасовременным: встроенные в стену духовки, печки и микроволновка, кухонные комбайны на все случаи жизни, вентиляция и даже огнетушитель.

Я вышла босиком на веранду.

На столе под белой льняной салфеткой я обнаружила крынку с парным молоком, свежевыпеченный, еще теплый хлеб и горшочек меду. Я отломила хрустящую корочку, налила молока в глиняную чашку. Калитка была распахнута и я видела тенистую улицу, низкий плетень, лавочки, клумбу с флоксами и садовыми ромашками – мирная картинка. С улицы послышались голоса:

– Это еще кто?

– Вроде не местная. Опять Валька одиночку-игреалку приволок?

– Не знаю.