Неспособность любить

– Я не нашла.

Федор тронул машину, освободил джипу проезд.

– Почему ты поехала на метро?

– Так… Пробки. И вообще… Голова кружится. Немного. Не хочется садиться за руль.

Отчего-то Лиза сразу была уверена, что Сашу отравили намеренно. Менты сомневались, а она повторяла как одержимая: – «Я найду убийцу. Я его найду».

Господи, если с девчонкой Варей, которую Федор никогда не видел, что-то случилось, Лизино предположение, пожалуй, верное.

Впрочем, с девчонкой может случиться все что угодно.

Встретила любимого мальчика, например, и забыла обо всем на свете.

Слева показался квартал пятиэтажек, Федор свернул через сплошную, медленно поехал между домами.

Летом квартал наверняка утопал в зелени. Сейчас, в февральской вечерней темноте, в свете фонарей, висящих между домами, виднелись только частые стволы голых деревьев. Квартиры в хрущевках, подлежащих по недавнему заявлению мэра немедленному сносу, наверняка были отвратительные, но такого зеленого двора в новостройках не будет точно.

И припарковаться у какой-нибудь двадцатиэтажки намного сложнее. Он бы сто раз подумал, прежде чем уезжать из малоэтажного квартала. Особенно если бы у него были семья и дети. Впрочем, о семье и детях Федор пока не думал, хотя родители считали, что давно пора.

Таблички с номерами домов и подъездов были аккуратно подсвечены. Федор прикинул по номеру квартиры нужный подъезд и не ошибся, если верить висевшей над дверью подъезда табличке с номерами квартир.

– Ну что, пойдем? – тяжело вздохнул он.

Кнопки домофона он нажать не успел, дверь открылась, из подъезда выглянула девчушка лет десяти, подозрительно их оглядела и отвернулась. Тут же с топотом по лестнице к ней скатилась другая девчушка, чуть постарше, и обе весело куда-то помчались.

– Зря родители выпускают детей одних в такую темень, – заметила Лиза.

– Им виднее. – Федор пропустил ее вперед, обошел, начал подниматься по лестнице. – Я недавно в Японии был, там дети по улицам ходят одни, у нас я давно такого не видел.

– У нас другая криминогенная обстановка.

Он не стал спорить. Его сверстников никто за ручку до пятнадцати лет не водил, и ничего – выросли.

– Подожди. – У самой двери Лиза его остановила. Достала из сумки очки с легким затемнением, надела, пригладила рукой волосы. Заплаканные глаза очки толком не скрывали, но вид у Лизы сделался более приемлемым. Не как только что с похорон. Впрочем, она и была только что с похорон.