Карма несказанных слов

– Жизнь складывается так, как мы ее складываем, – сказал Сергей неожиданно резко, как будто долго с кем-то спорил об этом, но оппонента так и не убедил.

– Нет, Сергей Александрович, – не согласилась Лена и покачала головой. – Не всегда.

– Да, Елена Владимировна. Всегда.

Вечернее майское солнце било прямо в окно, и ее волосы теперь казались огненными, как нимб. Как же узнать, есть ли у нее кто-нибудь? Если есть, он будет за ней ухаживать, и она предпочтет его, Сергея. Он ее завоюет. Как завоевывать женщин, Курганов не знал – инициатива давно уже была за ними, и все получалось как-то само собой.

– Нет, Сергей Александрович, вы не правы. Разные бывают… ситуации. – Лена все размышляла над его словами.

– Ситуации бывают разные, но как из них выйти, зависит от нас. И выходить надо достойно.

«Выходить надо достойно. А я достойно вышла из ситуации с Павлом? Я из нее вообще не вышла».

Сергей видел, что чем-то расстроил ее, и не знал, что делать.

– Что-нибудь случилось?

– Да. – Она замолчала и, когда он уже решил, что ничего объяснять она не станет, продолжила: – У нас пропали приборы для военной приемки.

Он кивнул: больше часа проведя в кабинете Хмельницкого, он был в курсе немыслимой пропажи приборов. Он безошибочно угадал, что минуту назад она думала о чем-то другом, и вместе с тем понимал, что кража отчего-то тоже очень ее волнует.

– Так вот, один нашелся у меня в сейфе. В том самом, куда я вчера положила ваши документы.

Она помешивала в чашке пустой чай – Сергей уже знал, что чай она пьет без сахара, – и сосредоточенно смотрела в эту самую чашку.

– Надо изучить записи с камер наблюдения, – быстро предложил он. Еще Сергей хотел спросить, есть ли у нее враги, но это показалось ему совсем глупым, и он промолчал.

– Уже посмотрели, – она покивала, – там застывшая картинка.

– Значит, надо искать тех, кто связан с компьютерами охраны. Их не должно быть много. Найдут, – заверил он.

Она опять обреченно покивала, и Сергей неожиданно понял.

– Елена Владимировна, вы боитесь, что вы… под подозрением?

– Да. То есть нет. Я не думаю, что руководство меня подозревает. Просто… неприятно.

Он понял: она боится слухов и сплетен, не хочет, чтобы ее имя склоняли во всех закутках и курилках.