Груз семейных ценностей

Свет был совсем слабый, с трудом пробивался через листву.

Забавно, но они с Ирой очень часто ссорились. Со Светой он не ссорился никогда.

Может быть, потому, что со Светой он в основном обсуждал лишь Славины отметки, куда поехать в отпуск или какую мебель заказать вместо старой.

Виктор Федорович посмотрел на часы, было ровно три.

Ирина постоянно слушала какие-то оппозиционные передачи, очень переживала, читая очередные дикие решения Государственной думы, и предрекала скорую смену политического режима.

– Да кончай ты! – морщился он.

– Мне не все равно, как живет моя страна!

– Мне тоже, – говорил он. – Только страна будет жить так, как ей прикажут.

– Витя, людей нельзя заставить не думать, – с грустью говорила Ира.

– Еще как можно! – не соглашался он. – Достаточно сжечь парочку непонятливых на лобном месте, и все начнут мыслить правильно.

– В России жечь было не принято.

– Ну тогда четвертовать, – не спорил он. – Тоже доходчиво.

Больше спать не хотелось. Виктор Федорович вышел из машины, прошел вдоль дороги метров тридцать, вернулся.

Подумал и переставил машину ближе, проехав ворота поселка.

Ждать пришлось не так долго, как он предполагал. Машина соседа проехала мимо в начале шестого. Дороги были еще пустые, и он старался не прижиматься к идущей впереди «Хонде» вплотную. Но и отставать было нельзя.

Пару раз он боялся, что «Хонда» оторвется у светофоров, но все обошлось. Машина притормозила у шлагбаума, за которым виднелись три больших административных здания, и Виктор Федорович поехал домой.

Снова оставалось ждать вечера.

Утром красивой девушки с черными волосами и узким лицом у входа в больницу Настя опять не увидела.

Проснулась она, когда Сережа ее поцеловал перед тем, как уехать, и больше не заснула. Она плохая жена. Она должна была встать раньше и приготовить ему завтрак.

Сережа уехал. Она еще повалялась, потом выпила кофе, а с начала восьмого до половины девятого сидела на лавочке возле больницы.

Небо быстро затягивало облаками, а с востока надвигалась темная туча. Настя с тоской поглядела на небо и неожиданно решила на дачу не возвращаться. Дошла до железнодорожной станции, купила билет и села в подошедшую электричку.

Через час с небольшим она была дома.