До последнего вздоха

 – Твоя мама что-то такое говорила про одну свою подругу… Вроде бы у подруги муж – врач-дерматолог. Ты спроси, все-таки мне стоит еще раз показаться хорошему врачу.

– Спрошу. Обязательно.

Телепин вымыл посуду, поцеловал Вику, обняв вместе со стулом, посмотрел на часы – он любил приезжать на работу строго к девяти.

На улице ярко светило солнце, но ветер дул холодный, северный. Телепин всегда крайне скептически относился к страхам всемирного потепления и недоумевал, отчего люди верят в такую чушь, а сейчас подумал, что готов всерьез опасаться нового ледникового периода.

Городской телефон зазвонил, когда он отпирал дверь кабинета.

– Да! – успел снять трубку Телепин.

Звонил недавно назначенный новый начальник департамента из министерства. Звонок удивил. Телепин был знаком с новым начальником шапочно, департамент курировал работу других направлений.

– Как дела, Николай Александрович? – равнодушно поинтересовался министерский.

– Работаем, – скупо отчитался Телепин.

Человек на другом конце провода вздохнул, помедлил.

– Ты что же это молодые кадры затираешь? Нехорошо.

Собеседник говорил шутя, но у Телепина противно стянуло в груди. Кто сейчас задействует свои связи, папа-Сафонов или Дерябко?

Связи у Дерябко были обширные, Иван Степанович проработал в отрасли всю жизнь, всех знал, со всеми был в приятелях. У зама был природный талант со всеми поддерживать дружеские отношения, у Телепина так не получалось. Впрочем, он к этому и не стремился.

К чести Дерябко будь сказано, дружески он относился ко всем, не только к вышестоящим.

Его обязательно назначили бы директором, если бы он не был абсолютно никаким ученым. Настолько бездарным, что это было просто невозможно скрыть.

– Не понял, – постарался добавить в голос недоумения Телепин.

– Да брось ты, – тяжело не поверила трубка. – Давить на тебя я не хочу и не буду. Да и права не имею.

– Я подумаю, – не сказал Телепин ни «да», ни «нет».

После разговора сделалось совсем противно. Захотелось вновь запереть кабинет и поехать домой, к Вике.

Он никогда не сможет себя уважать, если даст Сафоновой отдел.

Телепин открыл принесенную секретарем папку с бумагами, ждущими его подписи. Отодвинул, достал из кармана телефон.