Следи за знаками судьбы

Наталья Алексеевна ещё выяснила у внучки, что папа ушёл с каким-то дядькой, что тётя Галя сказала Саше сидеть, а потом будут завтракать, а сама ушла с телефоном. Саша посидела одна, а потом заскучала и пошла в садик. А шорты у неё вчерашние зелёные, а футболку красную она вытащила из шкафа, а панамку надела жёлтую. А что, весёленько так!

Получается, что из дома Саша ушла не менее, как два часа назад. И за это время Лёня и его жена пропажи не заметили и не позвонили ни в сад, ни бабушке. Наталья Алексеевна обозлилась, но и заволновалась: вдруг что-то случилось? Набрала внука – недоступен, его жену – звонок проходит, но трубку она не берёт.

И старуха бросилась к воротам. По дороге ещё дважды ставила пакеты с продуктами на траву, передыхая и снова набирая их телефоны. Ещё она думала, как выскажет молодым, что нельзя так безответственно относиться к ребёнку, но уже понимала: что-то случилось дома.

У соседских ворот стояла бабка Паша. Заведённая Наталья Алексеевна только поздоровалась и попыталась проскочить мимо.

Но не тут-то было! Партизанка больно ухватила её за плечо своей тёмно-коричневой морщинистой кистью и сипло сказала:

– Стой! В дом с мильтонами пойдёшь!

– Что случилось?

– Стой, Наташа, стой…

Подъехала полицейская машина. Вышел сожитель Ольги Васильевны майор Огородников, кивнул, бабка Паша сказала:

– Там на ящики влезь у забора, – и открыла свою калитку. Буквально через минуту он вернулся, махнул своим: «На выход!» и повернулся к старухам:

– Простите, как вас? Наталья Алексеевна? Давайте зайдём к вам во двор.

– Что? – прошептала она, понимая, что её опасения подтвердились, и случилось что-то страшное.

Он вздохнул, взял её пакеты в одну руку, другой прихватив её за локоть, и повёл в калитку:

– А дальше?

Она сказала:

– За домом огород, – и взошла на крыльцо. – Открыто.

Они прошли через дом по коридору и вышли через заднюю террасу на огород. Ей сразу бросилась в глаза куча чёрного тряпья в углу у забора из бетонных плит, разделяющего участки её, Золотухиных и конторы Энергосбыта.

– Галя? Что с ней? Она… умерла?

Дальше она просто сидела на чурбачке, тупо наблюдая, как топчутся на грядках незваные гости, переговариваются, уточняют что-то у неё. Она что-то отвечала, даже один раз вставала и заходила в дом… зачем? А, покопалась в сумках Лёни и Гали, отдала паспорта полицейскому. Намного позже до неё дошло, что они считают, что это Лёня убил жену и сбежал.