Ведьма и закон. Рождение легенды

Но что, змий задери, она с ее натурой станет делать рядом с этим занудой?! Зверобой подавил волну бешенства, готовую вот-вот затопить разум.

– А волосы белые почему?

– Меланина нет.

– А-а. Логично.

– У меня и феомеланинов нет. Губы вот не розовые.

Зверобой довольно громко скрипнул зубами, чем спровоцировал внимание со стороны обеих своих охраняемых.

– Что-то не так? – не стала играть в молчанку с чертом Маруся. Силы немного восстановились, и разговор давался уже легче.

– Нормально, – сдержанно процедил Зверобой.

– Ты же злишься, – продолжила настаивать ведьма.

Черт заметно смягчился:

– Когда тебя без суда и следствия постоянно обзывают «защитником», попробуй не разозлиться, – он усмехнулся.

От Харикон не ускользнул мягкий ласковый взгляд, которым Зверобой наградил собеседницу. Феникс ощутила вспышку гнева в груди, а следом и боли. Ничего похожего она еще в жизни не испытывала.

– Ты которая из ведьмовских родов? – сердито обратилась она к Марусе. Если до этого момента женщина вызывала у феникса любопытство и симпатию, то теперь гамма чувств усложнилась.

– Козлова, – представилась Руся. – Хочешь, провожу в ванную?

– Хочу. – Феникс покосилась исподлобья на черта. Тот остался невозмутим.

– Пойдем, – Руся дружелюбно улыбнулась и поднялась.

Харикон прошла следом за ведьмой, подождала пока та включит и настроит воду, а затем поинтересовалась как можно холоднее.

– Ты любовница Зверобоя?

Козлова поперхнулась и непонимающе уставилась на девчонку.

– Или вечная пара? Что там у вас?

– У нас трехнедельное знакомство и рабочая дружба, – пришла в себя Маруся. Затем рассмеялась.

– Что? – Буквально вспыхнула Жар-Птица. В белых волосах заплясали языки пламени.

Козлова отрицательно покачала головой:

– Мне другой нравится.

Во-первых, утверждение не далекое от правды, во-вторых, не говорить же агрессивной, вспыльчивой, ранимой девчонке, что причина смеха – ее характер, который слишком напоминает Русе о собственной юности.

– Дальше я сама. Спасибо.

Козлова сняла с полки чистое полотенце, положила на туалетный столик, только после этого ободряюще улыбнулась Птице и вышла.

– И все-таки что не так? – на ходу она по-дружески задела плечом Зверобоя. – Злой – жуть!

Черт удивленно уставился на ведьму. Такое панибратство она себе еще не позволяла, во всяком случае, искренне.