Сказки конца света и загадочные сферы. Том I

А Веня и малыш улыбались. Да что там – улыбалась даже Шриа!

– Здравствуйте, – вдруг открыл свой рот не самый приятный представитель семейства кошачьих. – Позвольте представиться, я – Чеширский Кот, единственный в своем роде. С недавних пор откликаюсь на плебейское имя Чешка. Поэтому можете звать меня так. По правую лапу от меня Вениамин, или Веня, на коленях этой прекрасной дамы восседает его младший брат Дмитрий или Митя. А вас как величать?

Тут-то я и грохнулся в обморок.

Очнулся от того, что кто-то хлестал меня по щекам.

– Шриа, да хватит меня бить! – выдохнул я, открыл глаза и сообразил, что никакая это не Шриа. Рядом сидел Веня, который и пытался привести меня в чувство. Увидев, что я очнулся, он удивленно спросил:

– Вы чего – котов никогда не видели?

– Таких только в мультиках, – пробормотал я. – Это что, правда Чеширский Кот? Тот самый, из Кэрролла?

– Ага, – кивнул Веня.

– Это Чешка! – подбежал Митя и уселся ко мне на живот.

– Он-то откуда взялся? – искренне недоумевал я.

И тогда мальчишки, то и дело перебивая друг друга и Чеширского Кота, который так и норовил вставить свои пять копеек, начали рассказ.

Когда отключилось электричество, дети оставались дома вместе с мамой. Их папа был на работе, ушел рано утром и уже больше не вернулся. Родители Вени и Мити оказались людьми предусмотрительными. Был у них солидный запас еды, свечей, спичек и газа для специальной плиты. Какое-то время им всего хватало. Мама с ребятишками сидели дома тихо как мыши и читали сказки.

Вене больше всего нравились «Приключения Алисы в Стране чудес». А Мите нравилось то, что нравилось старшему брату.

Из запасов первым закончился газ, и мама сказала, что без него они не смогут приготовить себе поесть, а значит умрут с голоду, чего она допустить никак не может. Поэтому оставила Веню за старшего, повелев заботиться о младшем брате и ушла, пообещав, что скоро придет.

Мальчики ждали ее, как им показалось, очень долго, а она все не приходила. Веня все время бегал смотреть в дверной глазок.

Сначала ему было сложно разглядеть через него что-либо на лестничной клетке, но потом глаза привыкали к кромешной тьме и мальчику стало казаться, что он видит знакомые прямоугольники дверей и плавные изгибы перил. Мамы все не было.

Конечно, первым закапризничал Митя. Он отказался есть и пить, начал беспрестанно плакать и требовал подать маму немедленно. Веня бы тоже с удовольствием поплакал, но не мог себе этого позволить.