Вероника

То, где мы сейчас находимся это единственный уцелевший участок Земли. Он огорожен стенами, не позволяющие радиации захватить и уничтожить ещё больше. У всех, кто жил по ту сторону, не было и шанса на выживание.

– Боже, – вдохнула я, прижимая руку ко рту.

Сед кивнул.

– Единственным шансом выжить было это родиться в семье политиков или миллиардеров. Например, как тебе. Нам с Джейдом было три года, когда произошла катастрофа. Родители отдали жизни ради нашего с братом спасения. Я считаю чудом тот факт, что мы выжили, когда могли погибнуть, как другие во всей этой панике или от полученной дозы радиации.

– Ты помнишь своих родителей?

– Не очень. Единственное, что у нас с Джейдом от них осталось это пара фотографий и фамильные подвески, – сказал Сед, доставая из-под рубашки тонкую нитку, на которой весела серебряная буква «Д». – Эта принадлежала моей маме, Джейден носит подвеску отца. Что насчёт тебя?

Я положила останки пираньи на траве и сложила руки на бедрах. Рубашка Седа не достаточно длинная, чтобы полностью прикрыть мои ноги хотя бы до колен.

– Мама умерла при родах. Папа никогда о ней не говорил. Я никогда её не видела, даже имени не знаю. Знаю только то, что у нее хорошие рыжие волосы и большие шоколадные глаза. Это единственное, что отличает меня от сестер. Они – женская копия отца.

– Сколько их?

– Пятеро, не считая меня. Я самая младшая.

– Джейден на две минуты старше меня, но порой возникает отношение, будто я старше его на несколько лет.

Я посмотрела на Джейда.

Он спал. Такой умиротворённый, милый и красивый. Оба брата достаточно хороши собой. Мне останется представлять, какими были их родители.

– Он ведь поправится?

– Джейдену так просто не отделаться от меня.

Чистейшая правда. Сед не позволит ему уйти. В это я верила, как ни во что другое.

Глава 6

– Ты говорил, здешние женщины могут существовать без опоры на мужчину, да? Независимые. – Сед кивнул, собирая вещи обратно в сумку после небольшой остановки и обеда. – Но, как такое возможно? В смысле, как хрупкая женщина может выжить в мире, где ее чуть ли не на каждом шагу подстерегает смертельная ловушка?

– Наши женщины дадут фору любому мужчине.

Порой их настолько бояться, что стараются не пересекаться в течение дня, лишь бы не нарваться на неприятности. Здесь все равны, Веро?ника, в основном, слово женщины – закон. Разве в твоём мире было не так?

Я покачала головой и отряхнула засохшие листья с ног и рубашки Седа.

– Нет.