Чёрные небеса. Нарушенное равновесие. Книга 1

Арс запрокинул голову и посмотрел в небо. Я машинально проследил за его взглядом. Там плыли рваные лоскуты кучевых облаков.

– Долго эти отношения не продлились. Расстаться тоже первой предложила она. Я как-то разговорил её, и она пожаловалась на его холодность. Ей, видите ли, не хватало проявления чувств, эмоций. Тогда я подумал, что она просто оправдывает свой поступок, – я-то знал, как сильно он её любил. После этого он изменился: выглядел странным и подавленным, стал избегать общения, и со мной в том числе. Меня это встревожило, но я успокаивал себя мыслью, что есть близкие друзья, родные, которые рядом каждый день, которые заметят это странное поведение и поддержат.

Ещё одна сигарета выпала из почти пустой пачки.

– Последний раз я столкнулся с ним в университете. На моё приветствие он не ответил и прошёл мимо. Я не стал его останавливать. И теперь жалею об всем сердцем. Мы создаём будущее не только тем, что делаем, но и тем, что не делаем. Наше настоящее – это следствие совершённых деяний и недеяний, поступков и упущенных возможностей.

Он сделал паузу. Облака всё так же плыли над головой. Они не были похожи на острова, замки или животных – как ни старайся, в них нельзя было увидеть ничего, кроме облаков.

– Он пропал. А через несколько дней его тело нашли у заброшенного здания. Бросился с верхнего этажа. Если бы я только остановил его, заговорил, насильно докопался до причин такого странного поведения… Я не захотел напрягаться, брать на себя тяжесть чужих проблем, я прошёл мимо, увлечённый своими делами и мыслями – и человека не стало.

Я сидел, заворожённый этой историей и хрипловатым голосом Арса, у меня затекли ноги, но я боялся ими пошевелить, боясь разрушить наваждение.

– Потом меня попросили подобрать пароли к его файлам на компьютере. Почти все личные папки оказались защищены. Родители надеялись, что в них можно найти объяснение его самоубийству, а следствие хотело убедиться, что это действительно суицид и дело можно быстро закрыть.

И тогда я понял, что общался всё это время с другим человеком. Между тем, кого видели все мы, включая его родителей, и тем, кем он был на самом деле, пролегала колоссальная пропасть. И эта пропасть была причиной его боли.