Чёрные небеса. Нарушенное равновесие. Книга 1

Не отличник, но его рейтинг не так уж плох, награды спортивные есть. И семья приличная.

– Причём здесь семья? Он хулиган и постоянно задирает тех, кто слабее него. А таковых большинство.

– Илья, – Виктория Анатольевна сняла очки и, достав из кармана салфетку, начала их протирать. – В личном деле Кузнецова нет ни одного случая нарушения правил.

– Он мне недавно угрожал.

– Виталя иногда может быть очень резким. Думаю, ты просто не так его понял.

– Не думаю, что слова «не зарывайся» можно как-то по другому истолковать.

Наш куратор была женщина мягкая. Мне нравилось, как она преподавала литературу, выслушивала все, даже самые глупые высказывания. Никогда не повышала голос. Всегда заступалась перед администрацией, если кто-то из её учеников попадал в неприятности.

Но для руководства старшеклассниками требовалось иногда проявлять твёрдость, и, на мою беду, твёрдость она решила проявить именно сейчас.

– Илья, я вижу, что тебе тяжело иногда находить общий язык с одноклассниками. Но над собой надо работать.

– То есть, ответ «нет»?

– Надеюсь, ты меня поймёшь. Просто приложи усилия – и всё получится.

***

Информатика.

Я пребывал в страшном сне. В самом ужасном кошмаре, какой только можно было представить.

Сдвинув шесть парт, мы теперь сидели кружком.

Анжи. Сегодня её волосы были завиты в мелкие кудряшки. Она болтала, не переставая, периодически отвлекаясь на обклеенный стразами айди – с кем-то переписывалась.

Мила. Подружка Анжи. Больше добавить нечего. Ах да, успела в этом году «отличиться» на информатике. Её оценки по точным предметам оставляли желать лучшего, и мне казалось странным, что она до сих пор в физико-математическом классе, а не переведётся на другое направление.

Виталя. Или Рыжий. После вчерашнего сообщения он со мной не разговаривал и тему теста не поднимал. Может, и сегодня я был бы избавлен от его внимания, если б не это злосчастное распределение.

Матвей. Это унизительно прятаться за чужую спину, но, надеюсь, хотя бы в присутствии старосты Кузнецов на моё здоровье покушаться не будет. Сам Матвей – та ещё тёмная лошадка. Отличник, активист и при этом крайне загадочная личность. Иногда его взгляд меня пугал.