Чёрные небеса. Нарушенное равновесие. Книга 1

Наверное, это был первый взрослый в моей жизни, в разговоре с которым я не чувствовал покровительственного снисхождения.

***

    10 сентября 20XX года, RL

В следующий раз я увидел его через неделю, на уроке. В белой рубашке и при галстуке он выглядел более формально, однако с мальчишеским лицом и взъерошенными волосами походил на студента, сдающего экзамен, а не на учителя. И сегодня он был в очках.

– Можете звать меня Арсений Владимирович. Я буду преподавать информатику в старших классах.

– А фамилия?

– А тот, кто первый узнает в течение это семестра мою фамилию, получит сто баллов по моему предмету, – новый учитель заразительно улыбнулся.

Сто баллов – это гарантированный рейтинг А в конце семестра. Девчонки позади меня зашептались.

«Вот дурочки».

Я открыл на планшете расписание занятий – в описании учебных предметов должны были быть данные об учителях. Отыскав информатику, я понял, что он не шутил: там значились только имя и отчество. Скосив глаза, я оглядел класс.

– Всё согласовано с администрацией. Для поисков можете использовать любые доступные средства. В рамках уголовного кодекса, конечно, – я уже видел эту полуулыбку-полуухмылку при нашей первой встрече. – Но сразу предупреждаю: почти весь персонал школы в курсе ситуации, так что задача не так проста, как кажется на первый взгляд.

Манипуляции с планшетами он тоже без внимания не оставил:

– Все, кто открыл расписание, получают на этом занятии баллы.

Я рефлекторно посмотрел на экран и увидел, как в графе моего рейтинга на странице информатики ноль изменился на единицу.

– Учитель, почему вы не носите линзы? Вы были бы намного симпатичнее.

Девчонки после этого замечания захихикали.

– Зрение у меня отличное. А эти очки подключены к моему айди. И глядя сейчас на вас, я могу сказать, что у Милы Цветковой в конце прошлого учебного года рейтинг по информатике был, в лучшем случае, удовлетворительный, – каждое слово учитель проговаривал чётко, не торопясь, и в течение всей тирады продолжал улыбаться, а лицо Милы алело с каждой секундой, пока не стало помидорно-красным.

Я сейчас на её месте хотел бы провалиться сквозь землю. Надеюсь, это отобьёт у моих одноклассниц желание флиртовать с учителем на уроках.

– Если вы мне позволите, я вернусь к занятию.