РОДные Боги

Пока новгородцы спасали свои дома, Дабран вызволил воинов. Отсюда взялась поговорка: «Путята крестил мечем, а Добрыня огнём». Победители сильно разгромили город, после чего, пришлый бог Христос, стал новгородцам чуточку ближе.

Языческих Волхвов, несущих знания, начали убивать по всем поселениям… старцев и Ведьм, вывозили в поля, и связывая по рукам и ногам бросали в костры истинной религии.

Завязалась яростная война с поганым идолопоклонством, чему способствовал свет пламени, сжигающий берестяные грамоты, и весь Летописный Свод Русской Империи… почему Летописный?… потому что в Древней Руси не было истории, была Летопись, летописание.

Все Хранители Знаний: Волхвы, Ведуны, Жрецы и Уры – сжигались на кострах целыми семьями, вместе с детьми, сородичами, соседями, которым могли быть переданы Знания… Сжигались непокорные деревни, люди, судьбы, города.

История закрылась, сгорела, утонула в крови крещения, в которой была казнена одна треть (!!!) населения Руси.

Народ называл Владимира «Красным Солнышком», потому что звать его «Кровавым», было опасно… а спустя время, навязанное «Кровавым Солнышком» Христианство, освободило князя от всех грехов, причислив его к лику святых… несмотря на то, что в жизни он был грешником, который убил брата, насиловал девушек, имел огромный гарем, и вырезал душу своей страны.

Частые, но малочисленные восстания против новой религии, подавлялись быстро, однако люди не могли принять рабство Божие, вопреки привычному и родному пантеону, в котором все были равны, все были детьми Богов, а не их рабами…

Чтобы спасти остатки своих поверий, Старцы и Волхвы, обратились к сказам, в которых упоминания Богов и многовековые знания, прятались, вуалировались, и могли бы передаваться от матери к ребёнку.

Слово «СКАЗ» первоначально имело совершенно другой смысл, нежели сейчас… оно означало сказанное или записанное слово, имеющее силу документа.

Когда вокруг селения Велеоки, возник ореол смертельных костров, указов и непонимания… её рука невольно потянулась к самому незащищённому, родному, любимому. Поэтому своего тринадцатилетнего сына, она, прижимала к себе со всей силы, не давая кинуться в неравный бой… а силы у дочери кузнеца, всегда было с избытком.