Где нас никто не услышит

Где нас никто не услышит

Александр Ростовский

Когда убегаешь от себя, не важно, как далеко это тебя заведёт. Важно, кто бежит рядом с тобой.

– Отсюда Земля выглядит такой спокойной, такой умиротворённой. Будто на ней всё хорошо. – Он тяжело вздохнул, говоря тем самым: «Мы же понимаем, что это неправда».

– Просто огромный живописный шар, медленно крутящийся в пустоте. Прекрасно, да?

– Я не хочу спускаться назад.

– А мне казалось, ты изменил своё мнение насчёт нашего мира. – Лёгким движение руки она убрала чёрную прядь волос с лица.

– Я старался. До сих пор стараюсь. Но порой наш мир бывает настолько несправедлив, что хочется сжечь его целиком.

– Там внизу много людей таких же потерянных, как мы с тобой когда-то. Где ещё они встретят друг друга, если ты сожжёшь этот мир?

– Нигде, ты права.

Она положила голову на его плечо:

– От созерцания вращающейся Земли меня клонит в сон.

– Просто здесь слишком тихо. Мы ведь этого и искали. Тишины. Чтобы слышать только наши голоса.

Где-то вдалеке мелькнул пролетающий спутник. Космос вовсе не выглядел безжизненным. Скорее меланхоличным. Словно колоссальный медленно двигающийся механизм. Лишь увеличившись до его размеров, можно было понять, насколько ничтожны проблемы маленьких людишек, вертящихся на не самом крупном куске материи. «Это всего лишь иллюзия, – говорил себе Даниэль – мы не увеличились, мы просто поднялись выше. Благодаря этому рискованному эксперименту».

Она резко подняла голову и зажала свои ладони между коленями, словно у неё замёрзли руки.

– Неужели наши жизни оказались настолько отстойными, что в итоге пришлось убежать сюда? Неужели не было другого решения? Или мы с тобой просто капризные дети? – Это было в её стиле, резко менять настроение. Словно в её голове жили сразу несколько личностей, которые моментально переключались между друг другом

– Теперь это уже не важно. Теперь мы здесь.

– Пойми, меня это дико бесит. – Но она уже начала, успокаивать её было бессмысленно, нужно было дождаться, когда всё негодование выплеснется наружу.

– Наверняка у многих возникало такое желание и до нас. Воплотил бы его кто-нибудь, и мы бы с тобой никогда не встретились.

– И наш разговор вновь закольцовывается, не замечаешь?

– Да.