Книга цвета пустыни накануне дождя

Это было так удивительно и вместе с тем так презабавно, что вскоре я стал улыбаться при одной только мысли о ней. Не улыбался я, наверное, только когда думал о ней по ночам, но мысли эти были так утомительны, что я старался тренироваться до изнеможения, чтобы сразу забываться сном, как только заберусь под одеяло.

Мне хотелось, чтобы она была частью моей жизни, однако, в самых заветных мечтах я не мыслил себя без моря и приключений, поэтому понимал, что мне не стоит просить от своей знакомой больше, чем дружбы.

Однако, судьба распорядилась по-своему, и однажды во время очередной тренировки, когда я практиковал колющие выпады, моей спины коснулась холодная ладонь, а когда я начал оборачиваться, мою грудь под моими руками обхватили чьи-то руки – конечно же это были её руки, – так что поворачиваясь, я нёс её на себе, обречённый застать лишь пустоту за собой, она же безудержно смеялась, повиснув на мне и болтая ногами в воздухе.

Я не разделил её веселья и, бросив мечи, стал отклоняться назад и расцеплять её руки – не перебрасывать же мне её через себя, в самом деле!

– Я же мог тебя нечаянно убить! – воскликнул я, когда она всё-таки, похоже, поняла, что я не винглинг, поэтому полёт уже закончен, даже не начавшись, и отпустив меня или даже обиженно оттолкнув, отпрыгнула назад.

– Ты невнимателен. Я уже проткнула твою спину.

Платье её успело промокнуть насквозь от моей потной спины в том месте, где она касалась меня, и я, как тупой футлинг, глазел теперь на изгибы её грудей, отчётливо проступающих через лёгкую ткань.

– Отец просил передать, что хотел бы срочно видеть тебя, – произнесла она, одёрнув платье.

Не помню, но думаю, я оторопел оттого, как изменился её голос, будто бы всё тепло и лёгкость улетучилось из него, и только тогда я оторвался от созерцания её груди и поднял на неё глаза. Она одарила меня взглядом, полным презрения, и зашагала в сторону дома, едва не задев меня плечом.

Когда оцепенение прошло, я схватил мечи и начал остервенело вымещать злость на стволе дерева – получалось выдерживать точное расстояние между двумя клинками и соблюдать одинаковую глубину пореза. Такой приём я никогда раньше не практиковал, это вышло как-то само собой, но мне нравилось, как хорошо мне он удаётся.