Волчье сердце

 – А ты молодец, шериф, голова еще варит! Нужно разослать гонцов в самые дальние уголки Королевства, дабы о драконе узнали достойнейшие. Когда они прибудут в Сторхейльм, мы устроим из этого настоящее состязание!

– Как вам будет угодно, – поклонился шериф. – И благодарю за комплимент. Я сделал для себя соответствующие выводы из ваших… замечаний. Полагаю, так мы сбережем жизни наших солдат и принесем казне немалую прибыль…

Докирр сидел мрачнее тучи, пережевывая ус.

– …Что же касается наших собственных сил, которых в Сторхейльме вполне достаточно, чтобы приструнить любого дракона…

– Перестань, Торвалли.

– Хм… Спасибо, Ваша Светлость. Именно это я и имел в виду. В ходе охоты на дракона мы потеряем гораздо больше достойных бойцов, чем можем себе позволить.

– Я это понял. Потому-то мы и назначаем награду, верно?

– Да, мой герцог. Но я сказал «охоты», а не «убийства».

– Не понял. – Герцог нахмурился, брови его сошлись у переносицы.

– Виноват. Награда, как я понимаю, должна быть назначена за мертвого зверя. Живой он нам ни к чему. А посему приглашенные охотники сыграют роль обычных загонщиков, вернувшись восвояси несолона хлебавши.

– Во дает! – просветлел герцог. – Докирр, ты слышишь?

Маг вяло кивнул.

– Учись!

– Благодарю, Ваша Светлость. Прикажете заняться подготовкой специального отряда?

– Да, и как можно плотнее. Назначь всем двойное жалование. Ступай.

Шериф развернулся на каблуках и чеканным шагом направился к двери.

– Шериф…

– Да, Ваша Светлость?

– Хвалю.

Торвалли кивнул. Промолчал и вышел.

– Ваша Светлость, – заскулил Докирр. – Я что-то ни черта не понял…

Рагнар наблюдал за тем, как ликантропы рассыпают сокровища по прочным кожаным мешкам. По одному на каждого. Его, уже наполненный до половины, лежал рядом. Рагнар ласково похлопал по прохладной округлости, с удовольствием услышав нежный шелест, с которым внутри перемещались золотые монеты.

Все его. Доля, равная личной добыче каждого ликантропа. Теперь он мог покинуть банду. Рискнув шеей, он заработал целое состояние – включая официальное прощение герцога, с которым теперь может осесть в любом из городов Королевства.

Но что нравилось ему больше всего – так это то, что все это он действительно заработал. Пусть даже с кинжалом в руках.

Иногда на них оставалась пролитая кровь. Но это ничего. Если не он, так кто-то другой?..