Убить императора

Знатоки объясняли это по-разному, двух одинаковых мнений не было.

Седой прославился тем, что никогда еще не отступал от принятых обязательств. А брался он за самые отчаянные заказы, умело и в срок устраняя власть предержащих – людей и Иных, – подобраться к которым, казалось, киллеру не представлялось возможным. Вполне естественно, что услуги Седого стоили недешево. Зато принятый заказ являлся гарантом того, что все будет сделано.

Пару раз объявлялись шулера с выкрашенными в белый цвет волосами. Спустя недолгое время находились их изуродованные трупы, разрезанные лазером – любимым оружием подлинного Седого, – а деньги возвращались хозяевам.

Как правило, те увеличивали сумму, и заказ выполнялся.

Седой никогда не повторялся. Выдумка и изобретательность, неповторимый стиль сопутствовали каждому убийству. Никто не мог скрыться от Судьбы, если за дело брался Седой.

Все это промелькнуло у меня в голове, пока я смотрел в холодные бесцветные глаза. Глаза самой Смерти. Нет, не может этого быть. Это просто старик.

Седой исчез задолго до моего рождения: предполагали, будто киллер нашел свою смерть на одном из диких миров Пограничья. Но Старик продолжал смотреть прямо в мои вытаращенные глаза, и ни один мускул не дернулся на морщинистом лице. Переплетенные пальцы поддерживали заросший подбородок. Каким-то образом я понял, – не разумом, до него это еще не дошло, – желудком, что ли, что это и есть Седой.

Невероятно, непостижимо, граничащее с помешательством, но это так. Я удостоился чести быть учеником одного из величайших киллеров Галактики.

А в живых к тому времени величайших осталось совсем немного…

По-моему, я прослезился. Мне стыдно об этом вспоминать, но иначе вы и близко не поймете всех моих чувств. Я нашел того, кого искал всю жизнь. Этому человеку предстояло заменить мне отца, передать мне все то, чему сам он учился долгие годы. (Мне эти годы ясно представились в виде черных чугунных ступеней, залитых кровью, уходящих в бесконечность…)

Наверное, я сидел бы так долго. С вытаращенными глазами, застывший каменным изваянием над пустой тарелкой.

Старик первым нарушил молчание:

– Теперь ты знаешь мое настоящее имя. Как зовут тебя?

Я вздрогнул. Из пересохшего горла вырвались какие-то лающие звуки, ничуть не походящие на имя. Прокашлявшись, я повторил:

– Гэс Скиммер, сэр.

– Откуда ты, Гэс? Зачем явился на Зевс? – Старик усмехнулся. – Думаю, не за тем, чтобы прозябать в этом отеле.

– С Геры, сэр. Я прибыл на Зевс, чтобы найти учителя.