Жена его высочества

Мейра, и зачем только спросила? Да, я сама принцесса и, как никто, способна понять все игры возле трона, но все равно – зачем? Уже считаю его своим братом, что ли?

– Да, знаю, принцесса мифической Вальдеи. – Атаран мягко улыбнулся, и лучезарная улыбка удержала меня от колкого комментария к слову «мифической». – Дел нам вчера сообщил по кристаллу связи.

Вот как? Только вчера, когда я сама ему об этом сказала? Но повторяющиеся серебряные розы в оформлении моих комнат намекали на то, что принц был в курсе задолго до этого.

– Я благодарен тебе за участие. – Атаран вежливо наклонил голову. – Не стану лгать, что потеря первенства в очередности наследования прошла совсем безболезненно для моего самолюбия, но… все же гораздо легче, чем ожидали придворные, совет, венценосные родители и… сам Делаэрт.

Принц помолчал, и я не стала его торопить.

– Я же всегда понимал, что занимаю его место, – негромко признался Атаран и легко улыбнулся. – Это для мамы я самый лучший, а как возможный правитель для всех остальных всего лишь вынужденная замена моему брату-авирру.

Я посмотрела на младшего Галрада: его владение собой было безукоризненным. Никакой нервной или суетливой жестикуляции, ладони расслабленно покоятся на ручках кресла, на лице – безмятежность вкупе с очаровательной улыбкой. Потеря наследного титула ни для кого не может пройти незамеченной, как принцесса, я была в этом уверена, и легкость, спокойствие и зрелость, с которой младший Галрад говорил об этом, внушали уважение.

– И все отнеслись к переменам так же… адекватно? – поинтересовалась.

Обаятельная улыбка Атарана трансформировалась в прохладную усмешку.

– Нет, – произнес он и, выждав пару мгновений, добавил: – Кое-кто оказался настолько глуп, что предложил мне сыграть против Делаэрта.

Я вопросительно приподняла брови. Что ж, это ожидаемо, хотя действительно крайне неразумно.

– Анаис, – Атаран чуть подался вперед, – неужели я произвожу такое неблагоприятное впечатление? Расспросы были весьма осторожными, но ведь кое-кто действительно надеялся, что моя обида окажется настолько велика, что я попытаюсь захватить трон.

В ответ на его вопрос я неопределенно повела плечом. Сделала это как можно деликатнее, стараясь не оскорбить принца своей неуверенностью.