Стрелок

 – Гроан снял трубку телефона. – Да, согласен, потребуется транспорт.

– Если не ошибаюсь, согласия я не изъявил.

– И не отказались, верно?.. Гонорар составит тридцать тысяч.

– Пятьдесят.

Игуана выпучил глаза, попытался тряхнуть спинным гребнем.

– Вы сознаете, КАКИЕ это деньги?..

– А ВЫ сознаете, какому риску я подвергнусь?..

Юлиус притих.

– Не будь мы столь могущественной корпорацией, о подобной сумме вы слышали бы только на уроках арифметики, мистер Снейк. К счастью, меня уполномочили на ведение подобных торгов.

– По рукам.

Крепкая чешуйчатая рука пожала дряблую, старческую.

– Прошу приступить нынче же, мистер Снейк.

– Что за спешка?.. Королева томилась сотни лет, подождет еще немного.

– Это решать не мне и не вам. Боссы поставили условие, действуйте без промедлений.

– Где искать популяцию?..

– Ответ – в фольклоре, который я вкратце изложил. Как ни странно, в собраниях мифов и легенд… – Гроан открыл другую книгу, написанную на том же незнакомом Снейку языке.

– Это жуткая дыра. На поиски уйдут месяцы.

– Норны сами вас отыщут, мистер Снейк. Идите по следу иллюзий.

– Вы не завсегдатай своего же притона, мистер Гроан?..

Не тратя время на дальнейшую болтовню, стрелок направился к выходу.

– Удачи, мистер Снейк.

Скрип песка сопровождал каждый шаг, покуда террариум с единственным обитателем не остался позади.

Паромобиль, доставивший Снейка, исчез. Взамен обнаружилась машина иной конструкции, предназначение коей состояло в перевозке грузов – и обещанная лебедка, и прочие механизмы наличествовали в задней части агрегата.

Стрелок уселся за рычаги, осваиваясь.

Мотор заурчал, забулькал, когда грузный транспорт покатил к воротам. Не было ни пышных напутствий, ни самих провожатых, помимо угрюмой охраны.

По обыкновению, Снейк отбывал в одиночестве.

Его занимал вопрос, который старик-Гроан, считавший себя светочем мудрости, не услыхал и не озвучил: на что норны намерены растратить деньги?..

Местонахождение Самых Первых трущоб Сорквудистана не являлось секретом. Стрелок руководствовался не только памятью, но и запахами. Сам он бывал у фронтира древних развалин, углубляться в кои ему не было нужды.