Стрелок

В любом случае ваши проблемы будут решены.

– Возможно, – кивнул Филипп и ушел от темы: – Скажите, а нельзя ли взглянуть на вашу правую руку?.. Мне говорили, она весьма любопытна, весьма…

– С чего бы?..

– Прошу вас.

Снейк нахмурился, но стянул перчатку. Мафиози уставился на чешуйчатую кисть, причем на морде появилось то же выражение, что и у двоих в «Крысиной глотке».

– Достаточно?.. – стрелок надел перчатку.

– Понимаю, вы смущаетесь. – Игуана глядел с прищуром. – У моего интереса есть причины, мистер Снейк.

– Какое отношение я имею к игуанам, МИСТЕР Грэм?..

– Может статься, никакого вовсе.

– Среди моих предков игуан не встречалось. Как и людей, достойных уважения.

– Занятно, что вы так говорите. Мы, игуаны, чтим предков, но оказались беспомощны пред лицом опасности. – Блуждающий взгляд Филиппа упал на кобуру и торчащую из нее рукоять револьвера. – Жуткие, старинные штуки.

– Безусловно, – подтвердил стрелок. – Мне кажется, суть опасности мы уже выяснили.

– Да, ваше содействие непостижимым образом совпало с фольклором Сорквудистана… Если желаете, я готов изложить в двух словах самую суть.

– Валяйте.

– Пророчество гласит…

– Только не это. – Снейк покачал головой. – Как-то я ввязался в дельце с пророчеством, с тех пор меня воротит от любого упоминания подобной чуши.

– Тем не менее, вы изъявили согласие выслушать. Пророчество гласит, – с нажимом повторил мафиози, – что под городом спят огромные, чудовищные Хозяева, чья кровь холоднее льда, а броня крепче стали.

– Считаете, тот странник – я?..

Грэм пожал плечами.

– Не думаю. Вы больше похожи на человека. Кроме того, я уже давно вышел из того возраста, когда верят в подобную, как вы подметили, чушь. Пророчество призвано придавать игуанам силу в тяжелые времена, и только.

– Разумно, – одобрил Снейк.

– Ну а если в недрах Сорквудистана, помимо прочего, в самом деле заточены огромные ящеры – уверен, там не счесть всякой всячины, да и кто я такой, чтобы давать чему-либо окончательную оценку?.. – пробуждение колоссов если не разрушит город до основания, то нанесет ему непоправимый ущерб. Это повредит бизнесу, а меня заботит лишь процветание оного.

– Ясно. – Снейк осушил стакан. – Что ж, мне пора.