Отдел непримиримых врагов

Подтянулась без малейшего видимого со стороны усилия и спокойно залезла в чужую собственность. Вот и первое проникновение на их счету. Затем эта безбашенная, но удачливая акробатка встала на бортик перил и прыгнула в сторону незастеклённого балкона, расположенного на третьем этаже. В её ногах таилась взрывная толчковая сила, поэтому она легко преодолела несколько метров по диагонали и вцепилась пальцами в каменное основание пола конечной точки назначения.

За что именно Валери держалась, когда карабкалась вдоль стены по узкому парапету, заглядывая поочерёдно в каждое окно, Марсель не совсем понимал.

Кирпичная стена выглядела слишком гладкой, чтобы можно было найти за что ухватиться. Ещё одна особенность оборотней, о которой он не знал? Или уникальная фишка его личного чудовища?

Она внезапно замерла. Вскинула руку и кому-то энергично помахала. Мгновение, и тучный мужчина распахнул оконную дверцу с единственным намерением – грозно рявкнуть на неё:

– А ты ещё кто?!

– Здравствуйте, мы из полиции! – жизнерадостно выдала напарница, то ли позабыв, что у стены раскорячилась в одиночестве, то ли от перевозбуждения, использовав неправильное местоимение.

 – Это двадцать первый квартира?

– Нет, двадцать первая рядом, – мужик растерялся и ткнул пальцем вправо.

– Благодарим за сотрудничество!

В соседнем окне её встретил уже их клиент – высокий, темноволосый вампир. И поскольку Марсель оставался заинтересованным в своём участии в проведении допроса, пришлось пробежаться. Однако внутри крошечной однокомнатной квартиры они оказались примерно одновременно.

Пока его соотечественник препирался с Валери, Марселя через обычную входную дверь пропустила миловидная блондинка.

– Неужели у полиции Ксоры дела идут настолько плохо, что они уже и таких берут на работу, – презрительно прошипел вампир судя по безвкусной обстановке жилища, относящийся к низшей касте. Явно вышел из молодого клана однодневки, социальный статус которой не позволял ему даже прислугой работать в родовом поместье Лафайетов.

– Мы из особого отдела, – Валери показала ему удостоверение. Её ободранные до крови пальцы дрожали. – Пожалуйста, сотрудничайте.

– О, членораздельной речью повеяло, – театрально удивился он.

Марсель почувствовал острый укол раздражения. Вот вечно всякая челядь пыталась самоутвердиться за счёт госслужащих, не имеющих возможности осадить их за хамство. А тут ещё и такой подарочек в виде девчонки-оборотня, плохо говорящей на иностранном языке.