Сосед (не) на час

Я опасливо покосилась в сторону старой шаткой лестницы – перила вот-вот обвалятся, безопасно ли по ней идти? Заехав в этот дом, я зарекалась подниматься на второй этаж, но видимо, все-таки придется это сделать.

Подойдя к лестнице, я ступила на первую ступеньку. Она тут же предательски заскрипела подо мной. Сжав челюсти, я взялась за перила и сделала еще один шаг. Деревянная ступенька слегка прогнулась под моим весом, но выдержала. Так, хорошо, теперь еще один шаг.

Треск! – когда я была где-то в середине лестницы, одна из ступенек с грохотом разломалась на две части, и моя нога ухнула куда-то вниз, не найдя опоры.

– А-а-а! – закричала я от неожиданности и страха.

Приведя нервы в порядок, я осторожно потянула ногу на себя. К счастью, она не застряла, да и не особо пострадала.

Осторожно, чуть ли не полусидя, я вернулась на безопасный пол и, сложив руки на груди, принялась думать, что же делать дальше.

Уныло разглядывая шаткую лестницу, я тяжко вздохнула.

Но, сколько бы я себя ни уговаривала, дело не двигалось с мертвой точки – не то чтобы мне и раньше хотелось лезть на второй этаж, так теперь, после того, как моя нога побывала в плену у прогнившей половицы, мне совсем расхотелось что-либо предпринимать. Я никак не могла собраться с духом и закончить начатое.

Скри-ип, скри-ип! – словно издеваясь над моими страданиями, донеслось со второго этажа. Я обреченно скривила нос – отлично, к нам на праздник развалюх еще и старая форточка пожаловала.

Оконный ставень продолжал надрывно скрипеть под натиском ветра, поэтому я поняла, что путешествия на второй этаж мне не избежать, иначе моя голова просто взорвется от этого противного звука, работать я так точно не смогу.

Однако покидать первый этаж, который так успокаивающе близко находился к земле, я не спешила. Для начала я нашла веник с совком и убрала щепки, оставшиеся от развалившейся половицы.

Так что же будем делать с перемещением на второй этаж? Я задумчиво оглядела помещение. Не найдя ответа внутри, я нацепила куртку – несмотря на то, что стояла середина мая, вечер был достаточно прохладным, – я вышла во двор и медленно обошла дом, стены которого были покрыты облупившейся краской.