Пленница

Я сидела в комнате, выбираясь из нее только для того, чтобы принять душ или сходить в туалет – благо, ванная была совсем рядом с моей комнатой. В остальное время я читала книгу или что-то смотрела, но почти никогда не запоминала сюжета – все мои мысли были заняты мыслями о побеге из этого места. Трусливая, но добрая служанка продолжала меня подкармливать, за что я была ей очень благодарна, без ее подношений мне было бы туго – одной только водой из-под крана сыт не будешь.

В конце недели в дверь постучали. Я тут же напряженно выпрямилась.

– Кто там? – вырвалось у меня, хотя я уже прекрасно знала ответ на этот вопрос.

– Это я, – за дверью раздался голос Марка. – Можно войти?

Удивительно, он еще спрашивает. Я хотела было его послать куда подальше, но осознавала, что так могу только усугубить свое положение.

– Ну, попробуй, – я все же не удержалась от мелкой колкости.

Марк вошел в комнату и так и замер на пороге, удивленно приподняв брови. Я попробовала представить картину, которая ему открылась, его глазами – девушка с утомленным взглядом, посеревшим от недостатка солнца лицом с выбившимися из хвоста волосами – а смысл причесываться в плену? – сидит на кровати в окружении книг, неряшливо валяющихся вокруг. На письменном столе уже начал собираться слой пыли, потому что на уборку я забила, а служанка сюда не заходила. Я еле удержалась от ехидной усмешки – давай, Марк, смотри, что ты со мной делаешь.

Я думала, что Марк развернется и уйдет, но он прошел в комнату и уселся в кресло, глядя на меня.

– Что тебе нужно? Как видишь, я никуда не убегаю. На год здесь книг, конечно, не хватит, но мне всегда остается телевизор, – я откинулась на подушки, злобно сверкая глазами в сторону Марка. По его лицу нельзя было прочесть ни одной эмоции. Он сосредоточенно потер нос кончиком указательного пальца.

– Полина, я хочу донести до тебя одну мысль. Да, обстоятельства, при которых мы встретились, были отвратительными, с этим я согласен, – он посмотрел на меня чистым взглядом. Я слегка приподнялась, сосредотачиваясь на его словах. – Это трудно забыть и с этим нелегко смириться, но, в отличие от твоего бывшего, я не хочу, чтобы ты страдала. Ты здесь не пленница, ты – гостья у меня в доме, поэтому ты можешь распоряжаться всем, что есть в доме.