Снежинка для лютого

– Когда будет работать. Спасибо! – улыбаюсь ему, мужчина все равно хмурится, но все же я осознаю, что Марат не такой страшный. Он не оставил меня на улице и сейчас помогает, хотя ничего мне не должен.

– Тогда сейчас принесу вещи, и можешь приступать к своим обязательствам, холодильник под завязку полон. И, да, я хочу чего-нибудь мясного, – напоминает он о моих обязанностях.

– Да конечно!

Мужчина уходит и оставляет меня одну, вещей у меня практически нет, поэтому просто смотрю на вид из окна, пока через минут пятнадцать Марат не приносит мне несколько вещей.

Еще раз благодарю его и, когда он уходит, начинаю раздеваться. Мои вещи сырые, поэтому решаю повесить их на батарею. Все же это очень современный дом, он даже обогревается не только печью. Переодеваюсь в свободную черную футболку, она такая большая, что сойдет за платье. Немного привожу себя в порядок и спускаюсь вниз.

Мужчины, к моему облегчению, на кухне нет, поэтому я начинаю спокойно изучать обстановку. Тут есть практически все и оснащено по последнему слову техники. С любопытством все изучаю, а потом открываю холодильник, чтобы посмотреть, что у нас есть. Мужчина был прав, и холодильник и правда забит до отказа всевозможными продуктами. В моей голове уже вырисовывается целый список того, что я могу сделать. Но мужчина сказал, что хочет что-то местное, поэтому думаю, мясо по-охотничьи в самый раз.

Начинаю доставать продукты. Готовить мне всегда нравилось, это интересно. Я даже сначала хотела поступить в кулинарное, но потом решила оставить это как хобби.

Нарезаю маленькие кусочки мяса. Хочется танцевать, но музыки здесь нет и телевизора тоже. Дом оснащен очень дорогой техникой, а элементарного телевизора или даже радио нет. Ну что ж, будем сами как-то выкручиваться.

Начинаю петь сама, не знаю, хорошо ли. Но никто из домашних не жалуется, значит, сносно.

– Ой! – немного пугаюсь и чуть не роняю тарелку, в последний момент неуклюже ловлю ее почти у самого пола, чуть сама не упав.

– Осторожно! – мужчина дёргается вперед, но я быстро встаю.

– Все хорошо, она цела! – начинаю вертеть в руках тарелку. – Я ее не разбила.

Вспоминаю, что мужчина говорил, что он хочет покоя и тишины, и я опять прикусываю язык.