Реальнее сегодняшнего дня

Раньше это не казалось каким-то препятствием, но сейчас она не захотела туда пробраться даже в ботинках. Где-то за горизонтом уже начинало греметь. Грозы Сашка с детства боялась, и нужно было обязательно вернуться домой до ее приближения. Девушка подобрала юбки цветастого сарафана и быстро спустилась к воде у подножия холмов.

Неглубокая на первый взгляд вода, словно черное зеркало, отражала Сашку и ее толстую косу, норовившую плюхнуться в черноту.

Что там, под зеркалом, кто знает? Одни рассказывали, если ступить в ручей – сразу погибнешь, другие – что там мелководье.

Были и те, кто рассказывал, будто ручей меняет глубину и направление и для каждого человека он разный. Люди верили, друг другу пересказывали, но правды никто не знал. Знали, что место заповедное, а вода, хотя и кажется черной, на самом деле чистая, питьевая и необычайно вкусная. Что у ручья помощи попросить можно – обязательно поможет. Что если девица с парубком воды одновременно выпьют с разных берегов, то навек их ручей соединит.

Может, и Харитина вот так смотрелась в воду на этом же месте? Девушка коснулась рукой темной воды, вызывая рябь, как вдруг браслет соскользнул с руки. Сашка поторопилась ухватить его, придерживая другой рукой шаль на груди, но тут в глазах все завертелось, и она отключилась.

– Бог в помощь, Герасим Осипович!

– И вам так же, отец Анатолий! Глядите, что за оказия со мной приключилась!

Герасим кивнул в бричку, где лежала девица без сознания. Молодой священник привстал на подводу и потрогал руку.

– Живая! Слава тебе Господи! – батюшка перекрестился.

– Живая, – Герасим последовал его примеру. – У ручья нашел, а рядом никого. Что делать, ума не приложу. Похоже, не из наших: одежа чудная, платье полуголое совсем. Городская, может?

– Похоже, городская. Руки вон какие нежные, к работе наверняка не приучены.

– Да вижу, барышня вроде как. Только откуда здесь взялась? Ридикюль вон при ней, надо глянуть, чего там.

Александра легонько застонала и открыла глаза.

– Господи! Где я? – в них тут же отразился испуг.

Доброе миловидное лицо с бородкой, напоминавшее лик Иисуса Христа, улыбнулось ей в ответ:

– В Александровке, барышня. Не бойтесь! Вам тут никто худа не сделает. Вы сознание потеряли у ручья, а Герасим Осипович вас нашел.

– У ручья? – Сашка села, закутываясь сильнее в шаль, оглядывая вроде бы знакомую местность и пытаясь вспомнить, что случилось.

– Какой сейчас год?

Ее собеседники переглянулись.