Человек с мешком

Несколько раз на оборотней устраивали облавы. Но люди-волки легко уходили. Попытки пускать по следу собак заканчивались в основном ничем. Хотя иногда и находили клочья.

А уж устраивать засады – так таких смельчаков оказалось всего пара-тройка. После чего уже никто не решался повторять самоубийство столь оригинальным способом.

Хорош вполне против оборотня осиновый кол, но ты попробуй сперва хотя бы в него этим колом попади. А потом сумей пробить толстую шкуру, поросшую густым, плотным мехом.

А второго шанса тебе оборотень не даст.

Не говоря о том, что здесь-то оборотень не оказывается в одиночку.

– Да? – спросил я, не забывая поглядывать на часы. – А топором? Мечом, луком или копьем?

Как объяснил Брада, это оказывалось примерно так же эффективно, как и уже упомянутый осиновый кол. Главным образом по тем же причинам – оборотня можно еще как-то порубить или проткнуть одного. Но не когда их целая стая. А правильной войной идти против сумасшедших зверей крестьяне не могли – потому хотя бы, что просто не умели.

Да и когда воевать?

Оборотни достаточно сообразительны, чтобы, завидев ополчение, просто скрыться. И сколько их ждать? Работать же надо.

Впрочем, были случаи – за дело брались благородные дворяне. Из тех малопоместных, что проживают, не сильно отличаясь от крестьян, в этих же лесах всю свою жизнь. За исключением тех случаев, когда король призывает всех на войну. Или вдруг сами они вздумают пойти войной один на другого. В общем, у рыцарей все кончилось точно так же – ничем.

И с теми же примерно потерями. Поскольку умненькие волколаки не преминули для острастки прикончить пару-тройку ревнителей безопасности, дабы другим неповадно было.

Правда, насчет этого уже разговоры больше походили на сплетни и слухи, чем на достоверные факты. Но тем не менее вполне могли быть и чистой правдой! Поскольку уцелевших после налетов не было, а сами налеты – были.

М-да… Вот ни много ни мало и все. Брада, похоже, больше не знал ничего. Да, видимо, особо и не задумывался, даром что бакалавр.

Пока нынче утром к нему в комнату не вошли пятеро в аккуратных щегольских душегрейках…

И что мне теперь с этим делать, интересно, скажите на милость? Залиба с Потуром – с одной стороны, с другой – волки-оборотни! Ну веселенькая, я вам доложу, компания.

Хотя, признаться, вся эта затея с оборотничеством представилась мне сейчас, когда я тоже смог над ней немножко задуматься, какой-то в достаточной мере бессмысленной.