И пусть весь мир под дождем

– Сильвиа, с тобой случилось чудо, что совершенно нетипично для Твердого мира, заметь. А ты жалуешься, ноешь. Не стыдно вообще?

– Силь-ви-я. Ударение на первый слог.

– Для улиц нужно имя покороче. Придется сократить. Будешь Си.

– Почему это Си?

– Сама говоришь, ударение – на первый слог.

Так Сильвия стала еще и уличным художником Си.

Художником, способным слышать голос города и рисовать на его стенах окна в другой мир.

Стрит-арт увлек ее по-настоящему, затянул в сети городских улиц и говорящих на особом языке стен.

Все чаще она присоединялась к ночным вылазкам До.

До предпочитал работать баллончиками.

Она – фасадными красками, с помощью кистей и валиков.

Даже на огромных работах – муралах, занимавших целый фасад дома, мир Сильвии получался словно отраженным в какой-то невидимой водной поверхности.

– Смотришь на стену, а как будто в воду. Как будто можно зайти, нет, нырнуть туда, в твой рисунок, – говорил До, рассматривая ее мурал на торце дома с крыши соседней пятиэтажки.

Иногда они рисовали вдвоем. Если стенка подходила обоим, если легко складывался общий эскиз, и если город просил их обоих о новом окне – одном на двоих, они это делали.

Совместные работы подписывали двумя нотами. Си и До.

Две закорючки нот в углу рисунка.

Рисовали по ночам, с высокой приставной лестницы, которая была у До, или со строительных лесов, которым уже были оплетены некоторые хорошие стенки города – для ремонта или реконструкции.

Если стенка была высокой, спускались на закрепленных на крыше веревках, как промышленные альпинисты, и рисовали.

Висеть в ночном небе, на стене, на расстоянии вытянутой руки от До, и гладить город валиком с краской по боку – что может быть лучше.

И город, в свою очередь, заботился о них. Иногда Сильвии казалось, что они становились невидимками для всех, когда работали на стенах.

Их не видели даже проезжающие мимо патрульные машины, не говоря уже о случайных прохожих и праздно шатающихся по ночам компаниях.

Они с До могли висеть прямо у них над головами, со всеми своими красками и инструментами, но так и остаться незамеченными.

– Магия, – говорила Сильвия.

– Защита Города, – говорил До.

Возможно, это было одно и то же.

Город был доволен.

Чего не скажешь о властях и полиции, для которых появляющиеся по утрам на стенах города картины становились серьезной проблемой.

Все их работы на стенах были нелегальными. Незаконными.