Снежная королева

– Подарки в этом году начнет раздавать Снегурочка.

– Она же еще маленькая!

– С этой обязанностью вполне справится. Тем более что она не одна, а с дедом.

Зима остановилась, глядя в окно:

– Это все, что я хотела сказать.

Снежана молчала. Она только заметила, что в комнату вошел дед. Девушка вздохнула и пошла к выходу. Там она остановилась и печально взглянула на дедушку.

– Боюсь, даже я тут не в состоянии что-то поделать, – тихо заметил Мороз. – Не в этот раз, прости, дорогая.

Снежанка молча покивала головой и вышла.

За дверью ждал Снежок.

– Мне очень жаль… – сказал он.

– Она думает, я сломаюсь. Нет уж! Не дождетесь! – процедила сквозь зубы Снежанка.

– Я уверен, ты справишься!

Она потрепала брата по волосам привычным движением и растворилась в воздухе. Едва она появилась в собственной квартирке, сердце невыносимо сжалось тисками и застыло, будто в него вогнали кол. Снежана непроизвольно схватилась за грудь от боли. Она попробовала осторожно вздохнуть.

Получилось. Девушка посмотрела на свое отражение в зеркале и сказала вслух:

– Я все равно справлюсь! Справлюсь!

***

Для начала искупления Снежана решила навестить свою жертву в больнице. Нет, не Ерофеева. Стараниями своей секретарши, Риты Новиковой, Гена шел на поправку семимильными шагами. Здесь скорее стоит подружиться с Ритой и таким образом извиниться и перед ней. Навестить Снежана должна была Залевского, который, по словам ведущих сплетниц их концерна, поправляться никак не хотел.

Она задвинула куда подальше свою гордость и неприязнь к этому типу и отправилась в госпиталь. В конце концов, это она виновата в его серьезной болезни.

Сначала она старалась приходить, когда больной спал, не решаясь поговорить с ним прямо. Беседовала с врачом, готовила теплый бульон – и снова к нему. Переступив порог палаты в очередной раз, Снежана чуть не упала от удивления: больной стоял у окна, держа руки в карманах своего костюма, и, кажется, собирался уходить.

Мужчина повернулся. На миг Снежане показалось, что перед ней не Артур, но на нее смотрело лицо Залевского, опровергая свое вчерашнее не лучшее состояние.

– Посмотрите-ка! – нашлась сразу расторопная Снежанка. – Его там подчиненные жалеют, приветы передают, переживают, а он как огурчик! Вот простите, Артур Арнольдович, но я сомневаюсь, что доктор позволил вам встать, не то чтобы совсем уйти.

Залевский расплылся в несвойственной ему дружелюбной улыбке.