О последствиях любви к котикам

Потому как удержать пятьдесят кэгэ вдруг очнувшихся от боли на операционном столе мощных мышц и зубов задача ни разу не тривиальная.

– Что предлагает вколотить?

– Считает, что хватит местной анестезии с применением нейролептиков и инфильтрационной анестезии полупроцентного раствора новокаина.

– Ну… ему виднее. Ладно, после того как он его глушанет, попросите его зафиксировать Боню в спинном положении. А Маську продезинфицировать операционное поле и поставить мне на проигрывание любимую Вагнеровскую закольцовку с зеленой флешки.

Я пошла на обработку.

Я-Ю аж выдохнул с облегчением. Понятное дело, примета известная, если я во время операции слушаю «Полет валькирий», все должно пройти штатно, а вот если Восьмая симфония Малера с белой флешки…, то тут есть повод напрягаться.

Эх, мытье-мытье-мытье, антисептик, халат, бахилы, фартук, черепаха[4 - Черепаха – хирургическая шлем-маска, закрывающая всю голову и оставляющая открытыми только глаза.], перчатки! Пошли на свидание к Боне.

– Арменчик, что у нас плохого?

– Все! – угрюмо ответствовал Оганесян, нависая роскошно-унылым носом над собачьей тушкой. – Особенно обстоятельства.

Вот же ж, блин, псесимист, как в старом фильме. Так-то, на глазок, все норм, со'бак зафиксирован, усыплен, Маська аж подпрыгивает, так рвется приподмочь на подхвате, из динамика льется Вагнер, поехали! Ну, как завещала тетка Джин, во имя наточенного скальпеля!

Разрез по белой линии живота с отступом от мечевидного хряща, ножничками удлиняем разрез брюшины и пальчиками-пальчиками нащупываем где ж там у этого животи'на желудок и куда забилось инородное тело.

Есть! Ухватили и тащим на уровень операционной раны.

– Мась, проверь комплектность машинки, не приведи Аллах придется еще детали от нее по всему пищеводу разыскивать.

– Все на месте, можно шить.

– Тампоны.

Маська расторопно обработала края раны тампонами с этакридином, а я приступила к шву. Сначала первый шов с прокалыванием всех слоев по Шмидену, потом сменить перчатки и второй непрерывный серозно-мышечный шов Садовского.

Уф, все. Теперь Маськина очередь колдовать над брюшком Бони: присыпать трицилином, шарашить йодом и орошать септонексом, а потом рану можно и послеоперационной попонкой прикрыть. А перед забором псинки из клиники надо будет еще и повязку спроворить. Пусть теперь Арменчик с Маськой бдят за очухивающимся пациентом, а я в душ. А потом кофе и сигаретка.