Пламя и ветер

Лисицы с волками их не трогали: соблюдали договор, согласно которому на холме не появится капканов, сетей и охотников с ружьями до тех пор, пока те не посягнут на замковых животных.

Из окна своей комнаты я могла наблюдать за жизнью двора: за тем, как прачка развешивает и собирает белье, как дети работников замка играют в резиночку или прятки, как кошки бродят по крышам хозяйственных пристроек, дерутся и милуются. И все же, мой взгляд притягивала вовсе не кипучая простая жизнь, а мутное окно страшной северной башни.

Почерневшая и накренившаяся, башня высилась над самой древней и самой ветхой частью замка.

В северной башне жила моя бабушка.

В молодости бабушка была прекрасна. Я видела портрет в семейной книге – девушку с глазами синими как море на рассвете, с вьющимися волосами, белыми как снег. Куда там Лилии с ее пшеничными косами, куда там маме с ее зелеными глазами! Бабушка была красивее всех женщин семьи Алерт: тех, кто смотрел с портретов семейной книги и тех, кто жил в замке сейчас.

Боги наделили ее страшным даром.

Я приставала к Илае с расспросами, но нянюшка отмалчивалась. И все же иногда в ее взгляде проскальзывала тоска по прошлому, а с губ срывалось: “Ох, как скучаю я по прежней хозяйке!” Она принималась рассказывать. Правда, ее истории больше походили на сказки, чем на воспоминания о реальном человеке. “Она смотрела долго-долго, не моргала, не отводила взгляда. А он менялся в лице, становился белый как мел и падал к ее ногам. Готов был сделать все, что она скажет”.

Однажды Илая обмолвилась: бабушкин дар сперва помогал, а потом стал разрушать. Его было слишком много, и те, кто находился рядом, чахли, усыхали, часто болели.

– Как она, бедная, гнала от себя Карла, вашего деда, запиралась в чулане, подальше от любопытных глаз, и плакала. А Карл шел ко мне, угощал конфетами – я тогда еще совсем молоденькой была. Умолял отвести его к вашей бабушке, и мне так жалко было, так грустно. Я вела его к чулану, и они разговаривали через дверь, а я пряталась за углом и слушала.

– О чем же они говорили?

Илая качала головой:

– Не помню, милая, столько лет уж прошло.

Но по глазам ее я понимала: няня не забыла ни слова.

Из рассказов Илаи я узнала, что дедушка раздобыл в столице сдерживающие и защитные амулеты. Их и сейчас сложно достать, а в то время и подавно. Он потратил на них почти все свои деньги, продал дом и земли, поэтому поселился в нашем северном герцогстве, а не забрал молодую жену к себе на восток.