Офелия

Гарольд и Ирида подлетели к окнам и хотели пробраться через них наружу, но путь им преградила чья-то огромная чешуйчатая лапа. Откашлявшись, Гарольд применил заклинание, только это еще больше разозлило порхающих на гигантских крыльях огнедышащих чудовищ. Одно из них выпустило из огромной пасти огненный фонтан и издало леденящий душу крик, от которого у Ириды заложило уши, а большие печальные глаза наполнились страхом. Невыносимым был даже сам запах гари. Поглощая все вокруг, в тот же миг вспыхнул огонь.

Треща и безжалостно распуская языки своего пламени, он принялся жадно уничтожать все, что попадалось ему на пути.

– Всем покинуть зал! – наконец закричал Аркорис.

Но волшебники и члены Совета не смогли выполнить его наставления. Все двери в одно мгновение захлопнулись, помещение наполнилось багровым дымом, и по всему периметру вспыхнуло сияние, устремленное на стеклянный свод. Небесный дворец залил настолько сильный красный свет, что все присутствовавшие там ангелы и феи начали, морщась, прикрывать глаза руками.

Снова воцарилась полнейшая тишина. Все взоры волшебников были обращены на купол зала, где клубы дыма сгущались сильнее с каждой секундой, и вот уже в самом его центре раздался взрыв, из-за которого потрескались и разбились вдребезги все витражи и зеркала. Когда дымовая завеса окончательно рассеялась, в огненном круге показались пугавшие добрых волшебников контуры, а затем и само чудище. Пожалуй, только таким словом можно было назвать то, что увидели ангелы и феи.

Окутанный красным вихрем безжизненный скелет буквально на глазах обрастал мышцами и кожей, и всего через несколько секунд существо обрело свой привычный вид.

– Калебор! Не может быть! – прошептал Гарольд Ириде. – Это началось…

– Надо же, а я считал, что великий архангел Аркорис никогда не бывает испуганным. Он же предводитель всех добрых волшебников. Кто бы мог подумать… – произнес некромант.

Спокойствие его голоса внушало еще больший страх, чем, если бы он кричал.

– Калебор! Как смеешь ты появляться здесь! – возмущенно, с нескрываемой неприязнью, ответил Аркорис. – Тебе и твоим прислужникам надоело жить? Считай свое появление в нашей цитадели своей последней ошибкой. – Аркорис подходил все ближе к Калебору, руки его были выпрямлены вперед, пальцы на ладонях раскрыты, и над ними спиралями засияли голубые магические потоки.