Рикки

«Кидай»? Может быть, и нет сорока…

Сразу отправляю номер карты, через пару минут приходит предоплата. Следом сбрасываю ей адрес, мысленно прося, чтобы она была не проблемная.

За все время работы я понял, что если женщина хочет моего доминирования над ней, то скорее всего в жизни она строгий начальник и очень хочет, чтобы ее нагнули, да пожестче. Еще, если дама слишком быстро скидывает деньги, то это одно из двух: либо она реально в жизни не ниже топ менеджмента и привыкла решать все вопросы без отлагательств, либо она толстая/страшная/специфическая и боится, что откажут.

В любом случае, я редко когда отказываю. Если уж совсем грязнуля и неопрятная, могу даже второй раз отправить ее принять душ, если от нее будет пахнуть потом. Во-первых, если я не откажу специфической, то она скорее оставит чаевые, чем та, которая и так знает, что она классная клиентка, во-вторых, хорошая жизнь дорого обходится: спортзал, солярий, барбер, люксовый шмот и все такое.

Наконец доезжаю до рестика, в котором мы всегда сидим и отдыхаем с другом. Цены кусачие, но мы себе можем это позволить, с учетом стоимости часа в сорок тысяч и работы только от двух часов с клиенткой.

Рома уже сидит за столиком и с кем-то переписывается, делая при этом гримасы отвращения.

Подхожу к нему, протягиваю руку, и он не глядя крепко ее сжимает:

– Дай пару минут, тут одна вирт заказала…

– Какой сценарий? – спрашиваю, глядя по сторонам в поиске официанта.

– Она – пионерка, а я – вожатый, – он многозначительно поднимает на меня глаза.

– И ей полтинник? – наконец-то обращаю на себя внимание официанта и перевожу взгляд на друга.

– Под шестьдесят, – хмыкает он.

– Тогда работай, брат, зарабатывай кровные, – смеюсь в ответ.

Официант принимает заказ и несет мне стейк семги с гарниром из брокколи в сливках.

– Рассказывай, как у тебя продвигается? Накопил на хату? – спрашивает он все еще переписываясь с «пионеркой».

– Почти… почти, братан, еще чуть-чуть, – кладу в рот кусок семги и быстро пережевываю, – кстати, я ненадолго, у меня клиентка нарисовалась на девять вечера.

– Постоянка?

– Не, новая, – закидываю в рот брокколи, – чувствую, ей лет пятьдесят.