Травма

Я поворачиваюсь на звук его голоса и вижу, что он сидит за рулем именно этого черного Мерса.

– Я не откликаюсь на знаки фарами.

– Садись.

Обхожу машину, сажусь на пассажирское сиденье и захлопываю дверь. Чувство неловкости сковывает меня, и я будто «не в своей тарелке».

– У кого Мерс угнал?

– Ни у кого, – он поворачивается ко мне, – он мой.

– Зачем тебе тогда Гранта?

– За тем, что это моя игрушка. Я вливаю в нее деньги, гоняю на ней и ставлю в гараж, а по городу езжу на этой малышке, – он проводит ладонью по коже руля.

– Так ты из богатеньких.

– Скажем так, не из бедных, – он нажимает на газ, и мы выезжаем на дорогу.

– Я так понимаю, мы сейчас едем за Грантой?

– Да, тут недалеко, в десяти минутах от тебя.

– Ты так близко живешь?

– Да, близко к тебе, – он улыбается.

От смущения я опускаю глаза, но в ту же секунду беру себя в руки и отворачиваюсь, делая вид, что смотрю в окно. Не знаю почему, но я постоянно смущаюсь с ним, хотя мне это не свойственно, будто я пытаюсь подстроиться под его модель поведения с девушками.

Мы приезжаем к его дому. Это не суперэлитный жилой район, но и не простой, как мой. Я выхожу из машины и жду указаний Данила.

– Идем, идем, вот она, – он кладет руку мне на поясницу и слегка подталкивает в сторону машины.

Мои щеки снова пылают. Я иду к машине на ватных ногах и пытаюсь отогнать мысли о том, что меня тянет к нему.

Пристегнувшись, я смотрю на него и жду, когда мы поедем на ту чертову заброшенную дорогу.

– Волнуешься? – он улыбается и включает свой плейлист.

– Да.

– Все будет хорошо, – он смотрит мне в глаза.

Его улыбка и взгляд на меня, начинают напрягать. Я понимаю, что это все неправильно и я не должна проявлять интерес к другим парням, но что-то в нем есть такое, что меня притягивает. В нем смесь обреченности и абсолютного спокойствия, безрассудства и рациональности, он будто сам себе противоречит.

Весь путь до той самой дороги я мельком поглядываю на него и не могу понять почему мне так хочется, чтобы он что-то сделал, как-то проявил инициативу, показал, что я ему нравлюсь.

Как же глупо…

Провожу по лицу рукой, тру лоб, ставлю локоть на подлокотник и вожу пальцем по своей брови. В какой-то момент Данил замечает мою нервозность и ухмыляется.

– Что? – спрашиваю его.

– Просто ты забавно волнуешься.

– Прости.

– Нет, наоборот это мило.