Бессмертные

– Неужели? Это меня-то заждалась? – Вскинув брови, спросил русоволосый. Вместо ответа военный поднял автомат чуть выше, и собирался было уже нажать на курок, но тут…

Оружие выскользнуло из рук военного и упало бы на землю, если бы не специальный ремень. Из его рта стала сочиться та же жидкость, что и у тех пятерых. Он закашлялся, упал на колени и опёрся об пол дрожащими руками. Яд продолжал сочиться с его рта, и вскоре военнослужащий упал без движения.

Голубоглазый легко спрыгнул с бортика и подошёл ближе к своему командиру, не сводя пристального взгляда с военного.

– Таких как он будет ещё много, ты должен знать это. На будущее, – сурово произнёс русоволосый, отведя взгляд от лежащего на пыльном полу военного.

– Но им нас не убить, – усмехнулся голубоглазый. На самом деле ему было как-то не смешно. Огнестрельное оружие он не любил, не смотря на то, что оно не могло причинить ему смертельных ран.

– Именно этому – нет, но кто знает, как далеко зайдут глупые люди в попытках нас уничтожить. Вероятно, через какое-то время они придумают оружие, которому под силу убить таких, как мы, – сказал русоволосый.

– Но ведь вы не верите в это! Иначе, зачем бы приказали не убивать доктора Грина? – Недоумённо свёл брови голубоглазый паренёк. Рукой он поправил столь настырную чёлку и отошёл, наконец, от тела военного.

– Всё возможно в этом прогнившем мире… всё возможно, да, – вздохнул русоволосый.

Глава 1. Огонь и сталь.

Сквозь занавеси на окнах просачивались лёгкие лучи рассвета. По комнате блуждал слабый ветерок, что прорвался сюда сквозь приоткрытую форточку. В помещении стоял несильный беспорядок – видно было, что хозяин честно старался навести чистоту, но в итоге сдался. На полу лежали какие-то бумажки, на стуле – верхняя одежда, а на пороге с какой-то грустью одиноко стояли чёрные, военные ботинки.

Из-под чистого, белого одеяла виднелась почти сливающаяся с ним светловолосая макушка парня. Он мирно спал, почти полностью укутавшись в одеяло. Однако эту сонную идиллию прервал внезапно прозвеневший будильник, заведённый ровно на половину шестого утра.

– Чёрт… и снова с добрым утром, – недовольно прошептал светловолосый, не открывая глаз.