Сонные рыбы

Это твоя матушка его переименовала, чтобы нам всем насолить, от нас совсем отгородиться.

Твоя мать была очень плохим человеком. Сыну моему изменяла, разорила его совсем. Я прокляла ее, на порог не пускала, сама ее порога не переступала. Вот почему ты меня и не знала. Скорее всего, она рассказала тебе, что твой отец погиб, а родственников у него нет.

– Вы правы, – тихо сказала Таня. – Но прошу вас, не говорите так о матери.

– Больше не буду, мне о ней и говорить нечего. Ее Бог наказал, и ты это знаешь.

Таня сейчас была вне своего тела.

Все, что произошло за какой-то час, не умещалось в сознании и выталкивало из телесной оболочки.

– Теперь ты понимаешь, почему я появилась у газетного киоска?

– Да, понимаю. Нехорошо всю жизнь питать злость к людям, даже если они и сделали в свое время тебе плохо. Надо уметь прощать, иначе черная энергия вернется к тебе.

– Да ты меня уже и учишь. А я ожидала, что набросишься с вопросами, что да как? А ты…

– Бабушка, на земле живут разные люди.

Вы сами сказали мне про мое лицо. Я ничего про себя говорить не хочу. Я такая, как есть, делаю все, чтобы стать еще лучше. Но срываюсь, а потом за свои срывы страдаю.

– Ты вся в отца. Вот кто спуску себе не давал. Я ему постоянно говорила, выкинь из головы, а он никак успокоиться не мог, все казалось ему, что обидел человека ни за что ни про что.

– Я про отца ничего не знаю. Мама так внезапно умерла. Обещала все рассказать об отце, когда у меня будет ребенок.

– Дочери ни слова не сказать об отце.

И все потому, что шлендра. У нее еще был ребенок, но она от него избавилась.

Таню эта новость никак не тронула. Она смотрела на Лукерью и понимала, что ненависть к ее матери у этой старой женщины еще ярко горит. И любые ее слова будут пропитаны ядом.

А решилась она пойти к газетному киоску, в котором Таня всегда покупала прессу потому, что одиночество ее доканывало. К тому же нависла угроза потери квартиры. Страх и пригнал ее к своей внучке. А так бы до смерти не напомнила о себе.

На лице это написано.

А ведь сочиняла детские книжки. Целый шкаф этих книг в библиотеке стоит. Надо почитать. Но все равно, детский писатель должен быть очень добрым.

– Ну что же, пора и чайку попить.

Ты посиди тут, а я быстро, у меня чайник электрический.

Таня осталась одна. На нее навалилась густая тишина. Ей доводилось по работе в разных домах бывать. Заметила, что особенно отличаются помещения, в которых люди живут, качеством тишины.