Ты моё дыхание

Наконец-то избавилась от его шумной компании. Странный какой-то мужик.

Вечер встретил меня злым ветром, что перехватывал дыхание и сбивал с ног. Колючий снежок сёк щёки. Моментально закоченели руки. Ни варежек, ни перчаток у меня не было.

Клуб неоново сиял, подмаргивал и манил к себе. Прежде всего – теплом. Уж очень погода нынче нелётная.

«Лагуна» – причудливо изгибались буквы, озаряя окрестность каким-то невероятно мертвецким сине-голубым светом, что вышибал невольно слёзы. А может, это ветер старался.

Я почти добежала до входа, когда меня осенило. «Вертеп», «притон разврата», – язвила медсестра. «Вот твой клуб», – презрительно сплёвывал водила.

Чёрт побери, куда я попала?!..

Глава 3

Софья

Отступать было поздно. Призрак Михайловны маячил позади, а впереди…

– Ты кто такая? – спросил перекачанный парень, загораживая необъятной спиной вход.

– Я от Островской, – пропищала я почему-то противным голосом, понимая, что выгляжу жалко и – стопроцентно – испуганно.

– А-а-а, новенькая уборщица, – смерил меня хищным взглядом этот любитель бодибилдинга.

Я вдруг подумала, что не хочу никакого другого раза. Может, Михайловна воспрянет, и мне больше не нужно будет её подменять?

Почему-то меня мучала мысль, что и медсестра, и водитель были правы. Работать в таком месте… стыдно. Я ведь будущая воспитательница. Мало ли кого сюда занесёт, меня увидят и… какой позор! Как-то я об этом не подумала.

Я, наверное, вообще плохо думала: мыслительный процесс – штука сложная и не всем головам доступная. Это я уже потом сообразила, что вряд ли я встречу в этом месте тех, кто приведёт ко мне детишек, но в тот момент меня буквально паникой накрыло не по-детски.

Но бежать, сверкая пятками, не вариант, поэтому я с горящим лицом прошагала мимо охранника или вышибалы, услышала его одобрительный свист за спиной и вспыхнула ещё больше.

– Соня? – встретила меня девушка-куколка и тоже осмотрела с ног до головы цепким взглядом.

– Да, – кивнула несчастно, пытаясь понять, за что мне это всё.

– Пошли, я покажу, где раздеться, выдам форму. Давай, быстренько, что ты как неживая? Здесь нужно шустренькой быть. Михайловна клялась, что ты такая.

Укоротить бы Михайловне язык! А лучше пусть бы научилась говорить правду. Может, я б была готова к тому, что на меня обрушилось.