Эмеральд

Мы найдем четыре девушки-кормилицы и каждой из них внушим, чтобы, как только она заканчивает смену, у нее возникало непреодолимое желание заботиться о «нашем» малыше так, как если бы это был ее собственный ребенок. А выходя на смену это чувство пропадало, и она забывала, что он вообще существует. Две девушки на дневную, две на ночную смену. Так мы сможем обеспечивать круглосуточный уход, а девушки смогут выполнять свои обязанности, не привлекая внимания твоих «парней».

– А мужчина нужен, чтобы мальчик жил у него в комнате, и его мы гипнотизировать не должны, чтобы в случае, если малыш будет вести себя странно, мужчина бежал ко мне, – закончил мысль Арчибальд.

–Ага, а мужчиной он должен быть, чтобы материнский инстинкт не мешал ему в случае чего, да и не будет кривотолков за спиной. Ну добрый одинокий джентльмен на старости приютил малютку.

Вот увидишь, еще сказку придумают, дескать вырезал сынка из полена или это ожившая кукла, что-нибудь в таком духе, – продолжала ведьма.

– Я только не понимаю, почему он не молодой должен быть? – задумчиво спросил Арчибальд.

– Да чтоб девок не попортил, дурья твоя бошка, когда четыре молодых бабы с раздутыми от молока грудями начнут ходить к нему в келью и днем и ночью, – фыркнула Труди.

– Это да, – засмеялся маг, – хоть у себя мальца оставляй, – он подмигнул ведьме.

Затем плавно подойдя к ней сзади, нежно обнял за талию. И положив свой подбородок ей на плечо, посмотрел на крошечного мальчика, что наделал столько хлопот в первый же день своей жизни.

Вопреки ожиданиям мага, Труди не стала вырываться, а плотней прижалась к мужчине.

– Только давай дадим ему имя, Арчи, дадим мы с тобой, а то еще назовут каким не будь Финном, Томом или упаси боги Гарри. Можешь представить, себе мага с именем Гарри? Фу! – Госпожа Гертруда поморщилась.

– Маг Гарри, а надо быть конченым извращенцем, чтоб пойти на такое, – промурлыкал он в ее ушко.

– Как насчет, Белиал или Асмадей, – маг резко развернул ведьму к себе лицом, заставив ту пискнуть кокетливо «ой» и заглянул ей в глаз.

– Ну не знаю у вас у всех такие длинные… имена, – хихикала Труди, – Всю голову забьешь, пока всех упомнишь, – и она ловко выскользнула и объятий, – Как насчет чего-то лаконичного?

– Но сильного и страстного, и мрачного, – голосом барса ответил Арчибальд, – мягко вновь приближаясь к Гертруде, – Что-то такое, что будет говорить за него: «не суйтесь к этому мужику, если не хотите, чтоб из ваших ребер сделали клавесин».