Ярость драконов

Она выскользнула из его объятий и ушла. Тау смотрел ей вслед – на самое совершенное создание, когда-либо существовавшее на свете.

– У нас еще весь остаток Роста и Жатвы до твоего испытания, – крикнула она ему, прежде чем исчезнуть за склоном.

Тау стоял на месте, пытаясь понять, что произошло. Это никак не укладывалось у него в голове, но все же, кажется, его жизнь налаживалась.

Пути

Следующим утром Тау проснулся до рассвета. Он по-прежнему ощущал боль после битвы, но кошмары уже отступили, и небо прояснилось.

– Уже встал? – заметил Арен, сидя над миской с холодной чечевицей и картофелем.

– Встал.

Арен наблюдал за ним. Тем же взглядом, каким смотрел на него отец на тренировках, опасаясь, что Тау может пораниться.

– Я в порядке, – сказал Тау.

– Я ничего не говорил.

– Но собирался, – возразил Тау.

– Может быть, но ты никогда не узнаешь.

Арен поднялся, пристегнул меч и вышел, чтобы облегчиться. Тау услышал, как Арен с кем-то здоровается, а потом снаружи окликнули и самого Тау.

– Иду, – сказал Тау, натягивая свои поношенные ботинки и выходя наружу. Там стоял Джабари.

– Рад встрече, Тау.

– Рад встрече, нкоси. – Тау знал, что Джабари не нравилось, когда он использовал почетное обращение Вельможи, но рядом стоял Арен, и Тау мог получить нагоняй за излишнюю фамильярность.

– Я в Дабу. Больше никого со мной. Лекан не пойдет.

– Хорошо, поработаем за троих, – сказал Тау, довольный тем, что Лекана нет.

Его отец стоял возле хижины, глядя им вслед. Ему нравилось видеть их вдвоем, и он всегда подбивал Тау проводить больше времени со вторым сыном умбуси. Тау помахал рукой, Арен кивнул ему в ответ. Он держался невозмутимо, но Тау знал: он гордится тем, что они с Джабари решили помочь Дабе.

– Уйдет почти весь сезон на то, чтобы сделать Дабу такой, какая она была, – заметил Джабари по дороге.

– Испытание?

– Оно так скоро, что и глазом моргнуть не успеешь, а отец на меня рассчитывает. – Джабари пнул ногой комок земли. – Ему до сих пор стыдно, что он свое не прошел.

– Твой отец хорошо послужил Керему, – сказал Тау. – К тому же он муж умбуси. А значит, он тоже воин.

– Почетный.