Огни возмездия

– Назад, – велел Отобонг, целясь мечом Тау в сердце.

Тау принялся кружить вокруг Отобонга, стараясь приблизиться к Батраку и Нье. Батрак не шевелился.

– Ты умрешь на острие моего меча, Отобонг, – прорычал Тау, скользнув взглядом к Нье.

Визирь пошевелилась, оправляясь от битвы с Мирембе, и в тот же момент, когда он с облегчением подумал, что Нья в порядке, Тау развернулся, чтобы отразить удар, которым Отобонг намеревался исподтишка разрубить ему череп.

Клинки скрестились, и Тау, игнорируя больную ногу, оттеснил превосходящего его габаритами генерала.

– Думаешь, я лжец? – спросил Тау. – Я же сказал, что мой меч лишит тебя жизни.

– Чемпион Соларин, нам следует вернуть генерала Отобонга и члена совета Мирембе в Цитадель-город для правосудия, – раздался голос королевы. Они наконец были здесь.

– Чемпион! – Келлан неуклюже спешился с лошади и подошел к ним.

– Что? – спросил Тау, полыхая от гнева. Он хотел проткнуть Отобонга, как рыбу, как тот поступил со стариком.

Удуак подошел, разминая ноги, затекшие после езды верхом.

– Я им займусь, – сказал здоровяк, приставив свой огромный меч к шее Отобонга.

Еще раз взглянув на Нью, которая сидела, держась за руки королевы, Тау подошел к Батраку. Старик лежал с широко раскрытыми глазами, невидяще глядя в облачное небо. И какой бы пыткой это для него ни было, Тау опустился перед ним на колени и осторожно закрыл старику глаза.

– Чемпион, – позвал Келлан. – Мы свяжем Отобонга и Мирембе и перекинем их через седла, чтобы отвезти обратно. Нам нужно возвращаться в крепость.

Тау не обращал на Келлана внимания.

– Как его звали? – спросил он у Батраков. Никто не ответил, и Тау указал на женщину в лохмотьях. – Ты! Отвечай, как его звали?

– Он был Батраком, – ответила она.

– У Батраков есть имена, – настаивал Тау.

Она попятилась.

– Прошу, нкоси, я не хочу участвовать в чем-либо…

– Я не прошу тебя участвовать.

– Прошу, нкоси, – сказала она, ныряя в заросли и исчезая во тьме.

Тау посмотрел на других Батраков, но те тоже стали уходить. Он заметил молодого парня, у которого еще оставалось немного мяса на костях, и попытался заставить его говорить.

– Простите, нкоси, – сказал тот, пятясь назад. – Я не могу.

– Не можешь что? – спросил Тау, но Батрак молча ушел.

Тау закрыл лицо руками, а потом резко выпрямился и указал на старика.