Путь Чародея

Амелия отвернулась и взглянула на луну, вышедшую на ночное небо. Эта ночь была прекрасной, одной из самых чудеснейших что ей доводилось наблюдать. Ее мысли вернулись к тому, как они с Марком сидели и сидели на звезды. Это навсегда останется в ее памяти.

– Я расскажу ему. Когда придет подходящее время. – заверила чародея Амелия. – Обещаю тебе, Эдмунд.

– Хорошо. – довольным тоном произнес тот. – Иди отдохни. Ты весьма устала за эти дни и почти не спала. Я посторожу первым.

Амелия кивнула и, снова укутавшись в одеяло, которое ей дал Марк, отправилась к тому месту, где он спал.

Она несколько мгновений наблюдала как он спит, прежде чем пристроиться к соседнему дереву и задремать.

Эдмунд же некоторое время смотрел на костер, прежде чем встать и обернуться на своих друзей. Заметив, что они крепко спят и поблизости нет никаких врагов, он отошёл на приличное расстояние. Он достал из своего кармана амулет в виде фамильного символа рода Эндоллов – гордого волка и внимательно всмотрелся в него.

Затем он положил амулет на землю и закрыл глаза. Спустя какое-то время он открыл их, освобождая свою силу. Он собирался призвать могущественную магию. Собирался вызвать духа из Мира Духов.

Раньше ему это удавалось и, хоть он этого давно и не делал, думал, что это удастся ему снова. Время было так мало и ему нужен был совет. От того, кому доверял больше всего в этой жизни. Она была нужна ему, и Эдмунд после стольких лет до сих пор не смирился с ее утратой. Она поддерживала его, когда у него ничего не получалось.

И лишь у нее он может попросить совета, что делать в этой ситуации.

Когда чародей уже подумал, что ошибся и ничего не выйдет, он начал разворачиваться и уходить, чтобы немного отдохнуть. Но вдруг исходящий ослепительный свет заставил его зажмуриться. Он улыбнулся тому, что все удалось. Ему удалось призвать ее, ту, которая была нужна ему и единственную, которая могла помочь. Когда свет немного угас, он мог отчетливо видеть молодую девушку, стоящую перед ним.

Она была стройной красавицей, с прекрасными изумрудными глазами, которые могли своим проницательным взглядом проникнуть прямо в душу любого человека, обнажая ее перед тем, кто стоял перед ней. Она была одета в темно-зеленое платье, то самое, которое она больше всего любила. Длинные рыжие прямые волосы ниспадали на ее грудь. То самое было надето в тот день, когда умерла. Глаза чародея расширились, и он не смог сдержать слезу, скатившуюся по щеке.