Убеди меня! или Мама для волчонка

Я же в задумчивости покосилась на влажные салфетки, вынутые из аптечки. Черт! Надо было сначала руки ему протереть… и лицо… а лучше его целиком помыть, потому что выглядел мальчик (да и пах тоже) ужасно. Но он так смотрел на этот несчастный батон, что я просто не смогла отказать.

– Не спеши, не отниму, – сказала, когда юный гость закашлялся, подавившись. Глотал большими кусками, практически не пережевывая.

Сколько же он не ел? День, два, неделю? Кошмар какой-то!

Проклятая поездка, дурацкий городишко и люди тут… странные! Хотя булки, должна признать, пекут отменные, это да.

И молоко у них весьма неплохое.

– Как тебя зовут? – спросила я, когда найденыш расправился с половиной угощения.

Открыв пошарпанный холодильник, достала бутылку молока и, налив полную кружку, протянула мальчику. Схватив ее, он принялся жадно пить, громко хлюпая. Потом внезапно опомнился и, густо покраснев, перешел на маленькие бесшумные глотки.

О как! А мы, оказывается, не лишены манер. Хм…

– Так, ладно, – пододвинув табуретку, я села.

 – Начнем сначала, парень. Меня зовут Надежда. Тетя Надя или просто Надя. – Я ткнула себя в грудь, произнося имя, а то вдруг он язык не понимает, потому и дикий такой. – Я Надя, а ты? – указала на него, не касаясь. Не потому, что брезговала, просто боялась напугать неосторожным толчком.

– Миккель, – немного помолчав, представился он. Мальчик все так же смотрел в пол… а, может, и на батон, который снова схватил со стола. Голос у него был тихий и такой… мальчишеский, что ли: никаких свойственных девочкам высоких ноток, хотя на вид ему лет девять – десять всего.

Рановато для возрастных физиологических изменений. – Или просто Мика, – добавил он, следуя моему примеру.

– Рада познакомиться, Мика! – широко и, надеюсь, располагающе улыбнулась я, протягивая гостю раскрытую ладонь… на которую он озадаченно уставился. Черррт! Да что ж за край земли-то такой?! Тут совсем никто за руку не здоровается? – Ладонь у вас пожимать при встрече не принято, верно понимаю? – решила все же уточнить я.

– Принято, – ответил Миккель… почему-то шепотом. Он крепче стиснул остатки булки, едва их не раздавив. – Во время ритуала, – добавил еще тише и… поднял-таки на меня глаза, сверкнувшие, точно кусочки янтаря, из-под густой нечесаной челки.

Вот я попала!

Все-таки щенка отбила, угу… вернее, волчонка. И как теперь поступить, ума не приложу. Одно дело беспризорника привести в дом, чтобы отмыть и накормить. Другое – оборотня, пусть и маленького.