Моя темная «половина»

Раньше я им карандаши точила, теперь… тестировала собственную регенерацию. Инструмент был страшненький, не отличающийся изяществом, зато всегда острый благодаря отламываемым сегментам лезвия.

После ухода Сэн я снова взяла его в руки, повертела задумчиво и… решительно нанесла очередной порез на раскрытую ладонь. На этот раз глубокий и четкий, не в пример тем царапинам, что делала раньше. Было больно. А еще стало страшно, ибо рана не спешила затягиваться подобно предыдущим. И когда моя паника начала требовать порции коары на окровавленную руку и воплей, призывающих на помощь, тело вспомнило о регенерации.

Пф-ф-ф… Выдох, вдох-выдох… И что это было? Сэн какое-нибудь пакостное заклинание оставил, уходя? Или у восстановительных функций моего тела есть свой лимит? Раздевшись, забралась в ванну и задумалась. Нож по-прежнему лежал рядом, но применять его снова я не спешила. Сделать пакость азору – это одно, но истечь при этом кровью… увольте! Но чем дольше я сидела, тем сильнее хотелось повторить эксперимент.

Некоторое время спустя…

Когда дверь распахнулась, я уже сидела на краю ванны и подпиливала аккуратно обрезанные ногти. Тонкая комбинация стального цвета вполне могла сойти за короткое платье на бретельках, потому я и не кинулась натягивать халат при виде входящего Кира. Только замерла на мгновение, вглядываясь в его лицо – белое, как в мире Неронга, и каменное, словно застывший мрамор.

«Ругать будет», – решила, ничуть не раскаиваясь.

Белокожий маг аккуратно захлопнул дверь, закрыл ее на замок и закрепил эффект магией, осыпав ручку быстро тающими голубыми искрами. Подумал немного и наложил на всю примыкающую к коридору стену полупрозрачную сеть защитных чар. Она слабо мерцала, выдавая свое присутствие на кафельной плитке.

Пальцы, сжимавшие несчастную пилочку, задрожали, и я была вынуждена прекратить свое занятие. Однако с инструментом расставаться не спешила. Хотя и понимала, что эта «зубочистка» вряд ли сможет защитить меня от азора, но… с ней как-то спокойней было. Все так же не произнося ни слова, аше-ар подошел к узкой столешнице, взял с нее макетный нож и принялся вертеть его в руках, изучая.