Наследница «Черного озера»

Вот только к «посмотреть» следовало добавить еще и «поговорить», а лучше – напроситься в гости, чтобы сделать пару важных звонков и побольше узнать о поместье дяди Лиама, с которым, судя по проложенной тропе, соседи раньше активно общались.

Обругав себя за тормознутость, приступила к подсчету оставшихся шагов. На триста семьдесят третьем сошла с каменной плиты на посыпанный мелким гравием двор. В конце концов, должен же в этом «оплоте цивилизации» быть еще кто-то! Великовата такая «хижина» для одногоединственного мужчины.

Рассудив так, пошла бродить по двору в поисках других соседей, время от времени негромко подвывая:

– Ау-у-у? Есть кто живой? Люди-и-и, вы где?

Людей не было, несмотря на припаркованный во дворе внедорожник. Сам же дом полностью оправдывал данное мною прозвище. Тарелка на крыше, паутина проводов, фонари вдоль подъездной дороги, аккуратно подстриженный кустарник, да и фасад, облицованный имитирующими гранит плитами, – все это просто кричало о современности, чего нельзя было сказать о Блэк-Лэйк.

В голове невольно возникла странная картинка, будто в забытом богами месте, затерянном среди кукурузных полей, столкнулись две эпохи, и каждая установила свою мини-крепость, поделив границу времен металлическими столбиками… Чушь!

Тряхнув головой, отогнала бредовую идею и, поднявшись на крыльцо, принялась искать кнопку звонка, а не найдя ее, пару раз стукнула для приличия по косяку, после чего неуверенно вошла в соседский дом, дверь которого оказалась незапертой.

– Люди-и-и? – снова позвала, переступив порог, но мне никто не ответил.

В идеально чистой прихожей, выполненной в лучших традициях минимализма, лежал аккуратный черный коврик. На нем-то я и разулась прежде, чем продолжить путь, здраво рассудив, что если гулять по чужому жилью без приглашения неприлично, то уж по чистому ходить в уличной обуви – и вовсе наглость.

Отсутствие каблуков добавило неуверенности. А присутствие красных пятен на светло-сером полу просторного холла – растерянности.

Не то чтобы я по жизни была сильно пугливой, скорее наоборот: ужас некоторых ситуаций обычно доходил до меня не сразу, а когда все-таки доходил, бояться уже было нечего, и это снижало градус запоздалых переживаний. Но сейчас, стоя босиком в неизвестно чьем доме и глядя на кровавую дорожку, которая тянулась из кухни, видимой за приоткрытой дверью, до лестницы на второй этаж, я ощутила прилив настоящей паники.

Уставший мозг соображал туго, но все же соображал.