Магическая академия. Змеиный отворот

Приходится крутиться, как белка в колесе, хвататься за любые заказы, чтобы хоть как-то выжить! – Я добавила в голос трагизма, намереваясь растопить его сердце, но то ли сердца у декана не было, то ли мои актёрские способности после «весёлой» дорожки и не менее «весёлой» ночки дали сбой.

– Именно поэтому ты отказалась от десяти золотых в месяц? Эллис, милая… говори да не заговаривайся. И кстати, предложение о работе в силе до вторника. Только десять я уже платить тебе не стану – ты упустила свой шанс.

– Оплатите сначала счета, – скрипнула зубами я. – А то веры вам никакой нет. Вы слово своё, лорд Вудвич, не держите!

– Может, и оплачу… – как-то странно согласился он, – половину. Или треть. На сколько там сундук Жморисия тянет?

Точно, здесь же правдоруб!

– А пусть он нас и рассудит, – предложила я, рассчитывая на помощь черепа. Не обидит же он меня в память об его дружбе с моими пушистиками?

– Рад служить! – пробасил артефакт, довольный тем, что о нем, наконец, вспомнили.

Вкратце пересказав суть пари под одобрительное молчание мага, я заявила, что лорд должен оплатить все мои штрафы, выписанные сотрудниками кикиморского экспресса. Декан же продолжал настаивать, что, раз я нашла только пустой сундук, а сам артефакт призвал он – победу в пари надо присудить ему.

– Не, ну ты хозяин, совсем неправ! – не затрудняя себя раздумьями, укоризненно пробасил череп.

Лорд нахмурился, а я чуть было не подпрыгнула от счастья на «пеньке», на который опять плюхнулась в процессе пересказа, но рано, как выяснилось, обрадовалась!

– А ты, ведьма совсем обнаглела!

– Чего?

Интересно, этот самоубийца бьющийся? Где-то у меня был тот составчик, которым в экспрессе дырку в окне делала… Не опробовать ли его на хрустальной черепушке?

– Того! – Хрустальный паршивец предусмотрительно телепортировался за спину декана, да там и завис, передразнивая меня.

– И кто же? – пальцем поманив к себе разошедшийся артефакт, вкрадчиво протянул Водомутович.

Гадкий правдоруб, жестоко обрекающий бедных ведьм на долговую кабалу, послушно подлетел к хозяину и завис над столом между ним и мной.